Конец второго века нашей эры. Огромная Ханьская империя, сравнимая по могуществу и влиянию с Римской империей, готовится нанести удар по Хуннской кочевой державе, расположенной от берегов Тенгиз моря (Байкала) до Великой Китайской стены. Но для вторжения в земли степняков не хватает точных сведений. Тогда, по приказу императора Линь Цзана, на северные границы империи Хунну направляются два сановника тайной службы государства Хань – Мэн Фэн и Минь Кунь.
Солбон Шоймполов
Хунну.
Пепел Гилюса
,
Глава 1
В огнях багровых пожарищ, в отсветах кровавых жестоких войн, перевалив середину, неминуемо шёл к концу страшный второй век нашей эры, ставший переломным в истории двух огромных империй, расположенных в самом сердце Азии и вместе занимающих гигантскую территорию, равной которой по размеру не существовало во всём древнем мире. Одной из этих двух империй, столетиями властвовавших над Великой степью и над всей Азией, являлась Хуннская кочевая империя. На ее территории в сто тридцать восьмом году разразилась невиданно жестокая междоусобица, продолжавшаяся три года, в результате которой хунны навсегда разделились на северных и южных. Даже спустя сорок лет после окончания той войны хунны так и не смогли переступить через реки пролитой ими крови, и в будущем никогда не смогут объединиться и расшириться до былых необъятных границ.
В результате этой небывало кровавой войны южные хунны, превратившись в огромную разбойничью орду с несколькими шаньюями во главе, больше не представляли серьёзной угрозы соседним государствам, разрозненно кочевали между юэчжами и ханьцами, постоянно ввязываясь в мелкие стычки с другими малочисленными племенами. Северные же хунны, наоборот, сохранив атрибуты былого величия, всё ещё владея огромными территориями и большой нефритовой печатью Хуннской кочевой империи, по-прежнему являлись грозной силой и представляли скрытую угрозу. И пока мирно кочевали по степным просторам вслед за многочисленными стадами, беспрекословно подчиняясь родовым знатным ванам (князьям) и шаньюю (государю). В этой заново воссозданной империи северных хуннов, как и в былые времена, звание хуннского воина, его умение, сила и доблесть были возведены их шаньюями в особый, высший культ поклонения, и только на них, на этих воинах, составляющих костяк и основу государства Хунну, зиждилась сила и мощь их империи.
Следующую империю представляли ханьцы – жители раскинувшейся на тёплых берегах Хуанхэ и Янцзы огромной земледельческой страны. Основную часть населения, которой составляли крестьяне, горожане и ремесленники, живущие за счёт риса и фруктов, выращенных на маленьких клочках земель, и находившиеся в кабальной зависимости от своего императора и его сановников, имевших над ними огромную, ничем не ограниченную власть. И в их могущественной империи с её громадным населением и многолюдными городами, наивысшими привилегиями и почётом пользовался не крестьянин, обрабатывающий землю, не ремесленник, производящий полезные вещи, даже не воин а учёный, издающий трактаты и владеющий различными знаниями, также чиновник, неукоснительно исполняющий законы империи и указы императора.
В изнурительных, продолжавшихся столетиями войнах китайских империй с хуннами, одна из них, именуемая Циньской, являвшаяся предшественницей Ханьской, спасаясь от опустошительных набегов степняков и преграждая путь своим подданным, бегущим из страны, была вынуждена построить Стену, равной которой не знал мир. Построенная небывалым трудом сотен тысяч крестьян и преступников-каторжников, чуть ли не ежечасно умиравших при её возведении, Стена-твердыня, опоясавшая всю северную границу государства, извиваясь, поднимаясь в горы, опускаясь в низины, нескончаемо тянулась на несколько тысяч километров. Окаймлённая многочисленными зубцами и башнями, высившимися на ней через каждые восемьдесят-сто метров, Стена была высотой девять-десять метров, шириной шесть-восемь метров и казалась гигантской, бесконечной по длине неприступной цитаделью. С внешней стороны этой необозримой Стены в сторону степей на некотором расстоянии от неё уходили дозорные башни, которых вдоль, по всей её длине насчитывалось четырнадцать тысяч. С внутренней стороны располагались гарнизоны пограничной охраны, сеть складов, жилища крестьян, высланных сюда для обслуживания её защитников.
И вот однажды холодным, беспокойным летом сто восемьдесят первого года нашей эры недалеко от ханьской крепости Сэньду, в башне этой Стены и произойдёт роковая встреча двух человек, духовно принадлежавших к противоположным, совершенно разным культурам и цивилизациям, но по внешности, по походке, по росту, по голосу неотличимо походивших друг на друга. В дальнейшем небывалая схожесть двух этих людей сыграет зловещую роль в судьбе одного из двух народов, именно в судьбе хуннов.
