Но почему же тогда она… желает? Горит в огне страсти лишь при одном воспоминании о кратковременном прикосновении этого грубого животного, коим являлся шесс Лорне? Почему ее воображение подкидывает совершенно уж неприличные картинки, в которых огромные ладони начальника гарнизона скользят по ее обнаженной коже, медленно стягивая с плеч платье из дорогого леорийского шелка, затем накрывают груди, перекатывают ее соски между пальцами? Почему ей это… нравится?
Пораженная до глубины души собственными мыслями, Миранда резко остановилась, прижав руку к губам.
— Нет, нет, нет… — она затрясла головой, но легкое прикосновение пальцев к губам, заставило ее содрогнуться от острого сожаления, что шесс Лорне так и не поцеловал ее. Не смял своим ртом ее губы, не вторгся дерзко и напористо языком в ее рот, сминая на пути все преграды и ломая ее сопротивление.
Миранда всхлипнула. Еще сильнее затрясла головой и сорвалась на бег. Влетела в собственные покои, растолкав в стороны испуганных служанок, опрометью бросилась в спальню, и остановилась, только прислонившись спиной к захлопнувшейся двери умывальни.
— Что со мной происходит? — прошептала она, чувствуя, как по щекам покатились слезы. — Что сделал со мной этот колдун?
Она обхватила руками голову и тихонько заскулив, опустилась на колени. Сидела так, раскачиваясь из стороны в сторону, всхлипывая и подвывая.
Миранда никогда не считала физическую близость чем-то особенным. Она не испытывала удовольствия от «возни на простынях» и не особо стремилась к подобным отношениям. Собственный недолгий брак с шииссом Шанталь превратился в катастрофу. Будучи молодой, амбициозной, но бедной шииссой, Миранда не долго думала, прежде чем выскочить замуж за перспективного шиисса с титулом, пусть и не наследным. Она всегда хотела достичь большего, стать хозяйкой в собственном доме, почтенной шииссой, занять определенной положение в обществе. И тогда ей казалось, что ее молодой муж вполне может открыть перед ней недостижимые горизонты. Миранда просчиталась. Красивый и ветреный шиисс Шанталь не обладал ни достаточным богатством, ни перспективой получить какое-либо наследство в будущем. У него не было даже своего дома. Да и физическая сторона брака оказалась сплошным разочарованием. Муж любил ее — это Миранда знала, но, увы, не могла ответить ему взаимностью и всегда сжималась внутренне, когда он приходил в ее спальню по ночам. Нет, она никогда не отказывала своему супругу, воспитанная в строгих традициях своей семьи, но и не получала от близости с ним никакого удовольствия. К счастью для нее, шиисс Шанталь умер вскоре после их свадьбы.
И вот тут Миранда поняла весь ужас своего положения. Она была никем. У нее не было ничего, кроме имени покойного супруга и призрачного титула, который даже не наследовался. Тогда она едва не сошла с ума. Рыдала и билась в истерике, но оплакивала вовсе не своего покойного супруга, как все подумали, а свою разбитую жизнь.
В тот момент ей не пришло в голову ничего умнее, чем предложить себя графу ШиДорвану. Кристиан пришел к ней с утешениями, говорил что-то о том, что не оставит вдову своего друга в беде, что всегда будет рядом, поможет, поддержит и она… она решилась.
Став любовницей наместника Пограничья, Миранда очень быстро взяла в свои руки управление дворцом. Вначале, она еще питала надежды на то, что когда-нибудь станет графиней, и все это будет принадлежать ей по праву. Но когда поняла, что этого не случится не слишком и расстроилась. Граф особо не докучал, появляясь в ее спальне раз или два в неделю, был обходителен, вежлив, внимателен. Дарил дорогие подарки и вроде даже был благодарен за то, что она лишила его необходимости заниматься хозяйством и решать бытовые проблемы. Он часто покидал дворец, разъезжая по делам провинции, отсутствовал, когда недели, а когда и целые месяцы и это не могло не радовать. Ведь за время таких отлучек Миранда была предоставлена сама себе.
Когда зашла речь о его женитьбе на Катрине Малфер и Кристиан разорвал их отношения, Миранда даже обрадовалась. У нее не было больше необходимости терпеть его в своей постели. Нет, противно не было, но и особой радости от близости она не испытывала.
Катрина Малфер в роли графини ее также вполне устраивала. Они встречались однажды, во время какого-то приема в замке старого графа, куда Кристиан брал Миранду с собой. Тихая, забитая овечка, которая только и способна была что-то невразумительно мямлить и краснеть, когда к ней обращались — вот такой была бы графиня ШиДорван. И уж точно она не стала бы вмешиваться в дела Миранды и вряд ли смогла бы навредить ей.
Но… та, что теперь носила этот титул. О, она не была ни тихой, ни забитой. Вчера Миранда в этом убедилась. Очень красивая, утонченная, вся какая-то неземная — вот такой предстала перед всеми Кьяра, графиня ШиДорван. Она знала себе цену и уверенно противопоставляла себя окружающим. Она не терялась, не смущалась и в каждом ее жесте, в каждом слове, даже в повороте головы или изгибе чувственных губ сквозило поистине королевское величие.