Две пиявки. Очень похоже на обычные биомолекулярные Плюсы, но совершенно прозрачные. А еще казалось, что они дышат… Или просто подрагивают, будто сделаны из желе.
Мирон непроизвольно сглотнул.
– И как ими… – профессор вопросительно посмотрел Мирону в глаза.
– Просто вставляйте в уши, – как можно увереннее ответил он. – Не бойтесь.
Подцепив пальцами одну за другой обеих пиявок, Михал Андреич сунул их в свои большие, покрытые седым пушком уши. Пиявки сжались и полностью скрылись в слуховых проходах.
– Ох, иже еси на небеси! – вскрикнул архивариус и покачнулся. Мирон инстинктивно подхватил его под локоть. – Это что такое?
Очки съехали на бок, сам он пошел красными пятнами.
– Вы в порядке? – участливо спросил Мирон. Архивариус открыл глаза, повернулся, ощупывая вокруг себя воздух, как слепой, и вновь посмотрел на Мирона.
– Полагаю, для первого раза достаточно? – спросил тот.
Где-то, на краю сознания, продолжала выть сирена…
– Да, наверное.
Вытащив пиявок, профессор вернул их в коробочку. Затем снял очки и достал большой клетчатый носовой платок.
– Ну как? – спросил Мирон.
– Вы гений, господин Орловский, – старик размеренно качнул головой. Под глазами его набрякли тяжелые мешки. – Вы истинный гений… Честь имею, – коротко поклонившись, он убрёл куда-то за стеллажи.
Мирон перевел дух.
И услышал, как от двери, метрах в десяти от него, раздаётся дробный топот ног и звучат короткие приказы.
А вот и охрана… Интересно, что же он сделал не так? Почему сирена всё-таки включилась?
Наверное, этого я никогда не узнаю… – Мирон прижался всем телом к стеллажу, стараясь слиться с ним, сделаться плоским, невидимым. Топот стих. Но дыхание – шумное, запалённое дыхание только что бежавшего человека, раздавалось совсем неподалёку.
Он сделал глубокий вдох… А что? Даже если поймают… У него есть документы, он генетически не отличим от брата… Ну что они ему сделают? Разве что, найдут прототип? Мирон вспомнил, как прозрачные пиявки полностью скрылись в ушах старика. Открыл коробочку.
Накатила тошнота. Они ведь почти живые… Ну как можно ЭТО пихать себе в уши? Ладно. Придется потерпеть…
Они не были ни холодными, ни тёплыми. Собственно, как только Мирон взял их в руки, они идеально подстроились под его температуру. А затем скользнули в слуховые проходы. Будто живые.
Секундное головокружение…
Ох ёб твою мать! – он очень надеялся, что не заорал этого вслух. – Так вот, что видел старик!
Это был Плюс, во всём его великолепии. Будто он лежит в Ванне, погруженный в биогель по самые брови. И в то же время находится здесь, в здании МОСБЕЗ… Видит стеллажи с коробками и пакетами… А над ними – светящиеся коды, описывающие содержимое.
Видел солдат за стеллажами – ну, не самих солдат, а плавающие у тех над головами спецификации и номерные знаки… Всё, что имело электронный код, что было занесено в Центральное хранилище, Мирон видел так, словно хакнул базу данных МОСБЕЗ.
– И что мне с этой херней делать? – спросил он шепотом, не в силах сдержаться.
– Хотите активировать программу взаимодействия?
Голос прозвучал неожиданно, прямо в голове. Мирон подпрыгнул и лихорадочно огляделся. Нет. Он не ошибся. Голос и вправду звучал в голове…
– Ты кто? – тупо спросил он.
– Я – программа взаимодействия с пользователем. Не обязательно говорить вслух. Я считываю вибрации голосовых связок. Так вы хотите активировать…
– Ты знаешь, как отсюда выбраться?
– Предлагаю варианты…
Перед глазами развернулась трёхмерная карта здания, а на ней, разноцветным пунктиром, маршруты, ведущие к выходу. Один заканчивался на крыше, другой – окном четвертого этажа; парочка выводила прямо через главный вход, и один уводил к какой-то лестнице, не обозначенной никакими маркерами.
– Это что? – спросил Мирон, ткнув пальцем в последний маршрут.
– Экстренный выход для спецназа. Ведет на задний двор и в гараж.
– Поможет незаметно выбраться на улицу?
– Если будете следовать указаниям.
– Принято. Веди этим маршрутом.
– Активирую программу ведения… Вы должны начать движение через три… две… одну секунду.
Мирон старался идти в ровном темпе, внимательно глядя по сторонам, а программа тихо подсказывала: повернуть направо или налево, притормозить, спрятаться за углом… Она видела все камеры, знала все слепые зоны. Она распознавала направление взглядов охранников, которые встречались по дороге и подсказывала, когда они не смотрят.
Один раз она загнала его в пустой кабинет и приказала спрятаться под столом… А потом снять решетку вентиляции, забраться внутрь и проползти долгие пятьдесят метров, рискуя вывалиться прямо на головы сотрудников, собранных в большом актовом зале…
Чтобы подняться на нулевой этаж, она обманула лифт – связалась с простеньким чипом, управляющим движением подъёмной кабины и сказала, что тот должен затормозить между этажами и открыть дверь в несанкционированной зоне.
Она провела его по техническому этажу, среди труб, бойлеров и громадных вентиляторов – договорившись с электронными замками всех секций.
