– Если жениха не выберешь до восемнадцати лет, сам замуж отдам, за того, кого достойнее посчитаю. И не посмотрю, будет ли тебе мил жених, силою отдам!
Святослава лишь сказала в ответ равнодушно:
– На то твое право, батюшка. Раз не мил мне никто, вот и выбирай, кого хочешь. Пойду под венец радостно, тебе на славу и почет.
Купец был доволен ответом дочери да стал женихов присматривать. Хотел он дочку свою красавицу так замуж выдать, чтобы век в золоте да почете купаться. К каждому приглядывался тщательно. Да так никого и не выбрал. Или богат, но из семьи незнатной. Или беден, но из бояр. Или богат и знатен, да пьет много и по девкам гуляет.
***
Уже было отчаялся купец достойного жениха найти, да приехал на днях в Киев посадник Смоленский. Мужичок лет тридцати и холостой, что было редкостью. Жена пять лет назад в родах померла вместе с ребенком неродившимся. С тех пор посадник и не женился ни разу. Присмотрелся Никита Емельянович к нему: хорош тот собой был! Высокий, сильный, глаза голубые умом наполнены, волосы чернявые да кудрявые. Весь из себя статный. И с мечом ловко обращается, и с луком. Ранее воем был княжеским, да посадником сел в Смоленске по приказу Великого князя Киевского. Посмотрел также купец, как с людьми себя держит посадник приезжий. Не зазнается, на равных со всеми разговаривает. И с боярами толк ведет, и с купцами да с людьми ремесленными. Со всеми язык общий находит. В Смоленске его уважают да побаиваются. Справедлив и милостив к люду своему был, но суров с виновными. Понравился посадник Смоленский купцу, ох как понравился! Вот и решил дочь свою за него засватать.
Пригласил он на пироги посадника к себе в терем, о делах торговых между Киевом и Смоленском толк вести. Да попросил дочь прислуживать за столом, не сказав ей, кто в гостях будет. А Святослава и не спрашивала, уже привыкла, что всегда кто-то в тереме гостем сидит. Чай, батюшка после возвращения из Херсонеса высоко среди купцов поднялся, вот и наведываются к нему все кому не лень.
Сели купец да посадник за стол обеденный, а Святослава пироги внесла с пылу с жару. Но не на пироги смотрел посадник, а на девицу красную, на волосы ее златые да глаза большие изумрудные. А когда наклонилась она, чтобы пироги поставить на стол перед гостем, рассмотрел посадник талию узкую с бедрами точеными да грудь высокую девичью.
Стали мужи важные пироги есть. Попробовал их и посадник, да глаз с девицы не сводил, что в угол отошла и скромно взор потупила.
– Ох какие пироги-то славные! – воскликнул неожиданно. – Кто готовил?
– Дочка моя, – ответил купец.
– Передай ей от меня поклон низкий за такие яства вкусные, – заулыбался тот.
– Так сам и передай, чай, по левую руку от тебя стоит.
Посадник ошеломленный к девице повернулся, от которой взгляда не мог ранее отвести, да покраснел. Но встал из-за стола и поклонился. Святослава ему тоже в ответ поклонилась, честь отдавая.
– Мои пироги да вам на усладу, – ответила мелодично, словно соловушка.
С тех пор посадник и стал ходить к ним каждый день, расположения купеческой дочери добиваясь.
Святослава улыбалась ему, смеялась на шутки мужицкие, а сердце все не разжигалось чувством трепетным. Но она не прогоняла посадника, знала, что батюшка именно его ей в мужья выбрал. Значит, судьба дочери купеческой скоро замужней молодицей стать.
Вот и ударили по рукам купец да посадник, сговорясь о Святославе. Посадник же сказал, что ему в Смоленск надобно вернуться на зиму, дела срочные уладить да терем для невесты подготовить. Обещался вернуться к началу года, сразу после Масленицы, да засватать девицу красную, а потом в Смоленск увезти, где свадьбу и справят. На том и порешили с купцом.
И все уже шло к тому, чтобы Святослава замужней стала, чай, зиму переждать, да как увидела она Ярослава за столом свадебным, так и забыла про жениха нареченного. Да только не рано ли забыла? Волк ей не рад был, вспоминать даже и не думал.
Святослава опять в подушку нос уткнула да заплакала. Ох как больно-то ее сердечку! А за дверцей в горницу девичью Никита Емельянович стоял и дочкины рыдания слышал. Знал, отчего та плачет. Видел того Волка на свадьбе с глазищами серыми холодными.
Глава 14
Ярослав быстрым широким шагом шел со свадьбы в свой терем, не останавливаясь и на приветствия людские не откликаясь. Не до них ему было.
Как зашел в хоромы просторные, сорвал с себя плащ с мехом дорогим и швырнул на пол. Подошел к столу да уперся в него руками. Глаза его бешено блуждали, лицо от гнева покраснело, жилы на руках вздулись. Не выдержал Ярослав напряжения и стал крушить все подряд в хоромах. Стол разбил, перину порвал да стулья разломал руками сильными. Когда выплеснул весь гнев, уселся на пол и руками голову обхватил. Замотал ею так сильно, будто выбросить что-то хотел. Но образ девичий не спешил думы его покидать. Опять златые волосы увидел да глаза изумрудные сверкающие.
Выругался сотник да стал хмельное искать, чтобы забыться.
