Но днём Злея предпочитала уединённо сидеть в тереме. Кикиморы – нечисть весёлая, озорная, часто бегали к водяным, затевали мелкие ссоры, бросали в них камушками. Иногда кикиморы бродили по лесу и зазывали смертных, чтобы потом свести их с ума своими проказами: завести в глушь, одурманить и заставить пить болотную воду или объедаться мухоморами. Ничего такого делать Злея не желала, и теперь Идрис выговаривала ей, словно та не оправдала своего имени.
– Я нарекла тебя Злеей, что значит «злая», после твоей первой ночи в городе. Ты была очень изобретательна в пакостях, ты больше всех из младших старалась досадить смертным.
– Я до сих пор так делаю – слабо попыталась защититься маленькая кикимора.
– Но ты слишком интересуешься их миром. Мир живых под запретом для нас, нежити. Мы только ночью можем тревожить покой людей, а днём мы вольны распоряжаться своим временем, как захочется: гулять, веселиться… Ты же, Злея, стремишься к живым и днём, будто там тебе интереснее, чем здесь, со своими сёстрами.
– Это не так.
– Так…Ты знаешь, из чего состоит душа кикиморы? Несмотря на все поверья в нас живёт душа. И это грехи людей. Ими питается наша богиня Луна, из них рождается кикимора, чтобы наказывать людей за их деяния. Наказывать – ещё раз твёрдым голосом выделила Идрис – Нам нет дела до жизни смертных, их истории – это истории грешников, их судьбы – судьбы смертных.
Злея молчала. Он хотела возразить, но не смела. Смертные не казались ей отпетыми грешниками, по крайней мере не все. Она уже некоторое время следила за судьбой отдельных смертных, регулярно посещала их дома, но не пакостила, нет. Наблюдала, слушала, иногда Злее казалось, что она привязалась к этим людям. Они точно были ей приятны.
Идрис тоже молчала, давая возможность ответить собеседнице, но, поняв, что Злея ничего не скажет, продолжила:
– Больше ты не пойдёшь в город. Этой ночью и все последующие тебе дозволено появляться только на княжеском дворе и в княжеском тереме. Можешь идти к сёстрам.
Кто-то другой посчитал бы это повышением в ранге, ведь очень почётно насолить сильным мира сего, а именно князю Велимиру и его семье, но для Злеи это стало ударом, ведь в княжеском тереме не было её «любимых» смертных. И, видимо, Идрис это понимала, отдавая такой приказ.
Злея вышла из терема и отправилась на болото. Там другие кикиморы развлекались, кидая мелкую гальку в нескольких юных водяных. Она хотела присоединиться к сёстрам, тем самым доказав Идрис, что ей не чужды забавы зелёной нечисти, но в последний момент передумала и свернула в лес.
Вековые сосны со всех сторон обступали Злею. Было прохладно. Кикимора устроилась под одним из деревьев, так чтобы быть незаметной и для людей, и для нечисти. Ей хотелось одиночества. Внутри разливалось сожаление и наполняло всё её существо. Сердце у кикиморы не бьётся, она же нежить, но это не значит, что оно не может болеть. И сердце Злеи ныло, оно рвалось в город. Рвалось к людям.
– В княжеском тереме тоже люди живут, – утешала себя маленькая кикимора – Может, они не менее забавны, чем городские. Может у них тоже есть свои тайны.
Она выдохнула, зелёное облако ненадолго зависло в воздухе. Появилась картинка, это последние воспоминания о городских жителях. Мелькнули полюбившиеся лица: знахарка Маланья, кузнец Данила.
Злея зажмурилась, словно скидывая с себя оковы печали. И довольно резво направилась в терем, готовиться к ночной вылазке в княжеские покои. Всё-таки нежить не способна глубоко чувствовать, что с них взять?
Полы в темнице каменные. Прохладно, как в родном болоте. «Но ты не на болоте» – напомнила себе Злея. Верёвка из полыни жгла связанные конечности. Кикимору довольно-таки бесцеремонно бросили в темницу, связанную по рукам и ногам, не потрудившись помочь ей принять удобное положение. Так, скрючившись, лежала Злея, когда в помещение проникли первые лучи солнца через маленькое окно.
« Уже рассвело. Сёстры вернулись домой. – думала Злея – Что они будут делать, когда обнаружат, что я не вернулась?» Ответа кикимора не знала, она, вероятно, была первой кикиморой, попавшей в плен. «Будут ли меня спасать? А может Идрис решит, что я сбежала в город? – ужаснулась пленница – И тогда меня не станут искать! Что же делать? Как выбираться? Ничего не оставалось, как только ждать и проклинать себя за доброту!»
Заскрипел засов. Судя по топоту ног, в темницу вошла целая толпа стражников. На мгновение Злея загордилась, что её, маленькую, костлявую, так бояться смертные. Но только на мгновение. «Я беспомощна сейчас – думала пленница.
– Ого! Зелёная нечисть! – воскликнул впечатлённый стражник – Первый раз вижу такую чудь!
– Так мы все удивлены – пояснил бородатый – Слышать слышал от стариков, в сказках, но чтоб так, средь бела дня.
– А как же вы поймали гадину? – полюбопытствовал другой стражник.
– Тут хитрость знать надобно, но князь наш, Велимир, очень умён, книг много читает…
– Вы так и будете болтать, будто меня здесь нет? – не выдержала кикимора – Может уже скажете, зачем меня в темницу бросили!
