Только Витта оставалась стоять прямо, ее волосы постепенно теряли неестественный блеск, а глаза возвращали обычный цвет. Она провела рукой по лицу, смахивая капли пота, замерзшие на ресницах.
"Черт возьми..." - мысленно говорил и наконец выдохнул Карлос, поднимая голову и оглядывая место боя. Его голос звучал хрипло, будто после многочасового крика.
— Мы сделали это?
Овин молча кивнул, разминая онемевшие пальцы. В его обычно холодных глазах читалось нечто похожее на уважение. Лизи лишь зевнула и потянулась, как будто только что проснулась после долгого сна.
— Можно теперь домой? — Лизи лишь недовольно зевнула.
Витта рассмеялась, но ее смех оборвался. Где-то вдалеке что-то шевельнулось. Она обернулась. Но там никого не было.
********
Кай замер, вжавшись в холодную землю пригорка. Его пальцы судорожно сжали края бинокля, когда перед глазами развернулось невероятное зрелище. Каждая вспышка магии оставляла на сетчатке выжженные следы - фиолетовые молнии Стрелка, ледяные вихри Витты, кровавые росчерки Овина. Он чувствовал, как по спине бегут мурашки, а в горле пересыхает от адреналина.
Когда взрыв рассеялся, оставив после себя лишь черный ожог на земле, Кай неосознанно задержал дыхание. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот разорвет грудную клетку. В ушах стоял звон - отголосок той нечеловеческой битвы, что только что закончилась.
Он не заметил, как тень скользнула за его спиной.
Резкий холодный металл прижался к горлу прежде, чем Кай успел вздрогнуть. Лезвие клинка, все еще теплое, словно от недавнего боя, оно будто и не превращалось в пыль, после слегка впилось в кожу, оставляя тонкую кровавую полоску. Запах озона и крови ударил в ноздри.
— Наблюдательный пункт выбрал удачно, — прозвучал за спиной низкий, лишенный эмоций голос - это был Овин. Голос, который он слышал сквозь грохот битвы.
Кай медленно поднял руки, чувствуя, как капли пота стекают по вискам. Его собственное отражение в полированной поверхности клинка казалось искаженным, почти чужим. В глазах Овина, которые он видел краем зрения, не было ни гнева, ни презрения - лишь холодная, бездонная пустота профессионального убийцы.
Ветер донес запах гари и расплавленного металла. Где-то вдалеке каркала ворона. Время будто замерло.
Кай почувствовал, как холодное лезвие дрогнуло – всего на миллиметр, но этого хватило. Мышцы напряглись в один миг, тело среагировало раньше мысли. Резкий толчок ногами, отчаянный бросок в сторону – и клинок скользнул по коже, оставляя на шее горячую полосу. Кровь тут же застыла на холодном ветру.
Пальцы уже выхватили из подсумка две гранаты – сначала светошумовую, потом дымовую. Механические движения, отработанные до автоматизма. Большой палец сорвал чеку, и белый ад вспыхнул перед глазами Овина. Даже сквозь закрытые веки свет прожигал сетчатку, а звуковая волна ударила по барабанным перепонкам, как молот.
Не дожидаясь эффекта, Кай швырнул вторую гранату – серый дым хлынул густыми волнами, заполняя пространство едкой пеленой. Ноги сами понесли его вперед, к зияющему черному проему шахты. За спиной раздался хруст щебня – Овин, слепой и оглушенный, но все еще опасный, делал первый шаг в погоню.
Темнота шахты поглотила Кая, как необузданная стихия. Он не бежал, а скользил между ржавыми балками, пригнувшись, ступая только на носок, чтобы не хрустнул под ногой битый кирпич. Где-то впереди капала вода, и этот звук стал его ориентиром.
Спрятавшись за массивной металлической опорой, Кай замер. Рука автоматически потянулась к пистолету – бесполезный жест против таких врагов, но хотя бы психологический якорь. В ушах все еще звенело от взрыва, а перед глазами плясали пурпурные пятна. Он зажмурился, заставляя зрение быстрее адаптироваться к темноте.
Снаружи, сквозь развалины, пробивался приглушенный свет – Витта, должно быть, рассеивала дым. Тени метались, но в шахту никто не входил. То ли сочли погоню бесперспективной, то ли решили, что обычный человек не представляет угрозы.
Минуты тянулись, как часы. Кай не шевелился, слившись с ржавым металлом. Только когда снаружи окончательно стихли шаги и магические всплески, он позволил себе выдохнуть. Но уходить было рано – Орден мог оставить ловушку или наблюдателя.
Он прижался спиной к холодной стене и начал отсчет. До полной темноты оставалось несколько часов – только тогда можно будет выбираться. А пока – терпеть, сливаться с тьмой и молчать. Как тень. Как призрак. Как человек, у которого нет права на ошибку.
Тени сгущались, когда Кай наконец выбрался из чрева шахты. Холодный предрассветный воздух обжег легкие, пропитанные запахом ржавчины и пыли. Он замер на мгновение, впитывая тишину — ни шагов, ни магических импульсов, только далекий вой сирены где-то в кварталах Арканопалиса. Орден ушел, даже не попытавшись искать его.
