Кинхаунт полностью

Мы достали по мясному батончику и даже смогли их съесть через некоторое время, несмотря на атаки мух, привлеченных запахом еды. Несытый Крез достал второй батончик, но тут прямо за моей спиной раздался такой звук, что мы оба подскочили от неожиданности.

— Крак!

Я оглянулся. Какая-то темная тень величиной с большую собаку маячила между желтыми стволами высохших растений.

— Только не стреляй, — попросил Крез.

— Крак! — снова сказала тень голосом большого попугая.

— Он чего-то хочет, но боится тебя. Подойди ближе ко мне.

Я удивленно пожал плечами, убрал игломет и ушел на другой конец поляны, чтобы получше разглядеть скелет ящера.

Это был завродин — млекопитающий ящер. Вернее, его остатки. Пожалуй, большой клыкастый череп был неплох, но тащить его с собой ради сотни баунтов мне было лень.

Я обернулся к Крезу и застыл, увидев приближавшееся к нему существо. Оно было похоже на ящерицу с тонкими передними лапами, от локтей которых к телу тянулась кожистая перепонка, и короткими и толстыми задними. Спина была покрыта шерстью.

Кракер. Мелкий летающий хищник.

— Крак! — повторило существо Крезу, раздув горло, и Крез расплылся от умиления.

— Иди сюда, мой маленький! Утю-тю-тю! — проворковал он, сделав губы трубочкой.

Но ящер снова кракнул и придвинулся к батончику Креза, пожирая его глазами. Судя по тому, как он неловко переваливался, у него была сломана правая лапа.

Улыбка Креза погасла. Он со вздохом посмотрел на батончик.

— Крак! — сказало существо, осмелев и придвинувшись еще ближе.

— Ну, — недовольно проворчал Крез и встал, и кракер испуганно метнулся прочь. — Ладно. На, так и быть… скажи спасибо доброму дядюшке Крезу.

— Я думал, ты хочешь его подстрелить на обед, — презрительно заметил я, глядя, как он отрезает кусок батончика и кидает животному.

— На обед я найду что-нибудь поаппетитнее, — проворчал Крез.

Кракер ухватил батончик и убежал прочь, а мы пошли дальше.

Пройдя через сухостой по следу вездехода, мы вышли к густой черно-зеленой стенке переплетенных кустарников высотой до пояса, внутри которой громко жужжало и стрекотало. Крез остановился и озадаченно ткнул стенку ногой.

— Гудит, как атомный трансформатор, — заметил он.

Стенка ответила усилившимся гулом.

Судя по слабо просматривающейся колее, здесь вездеход въехал с песка прямо на эту стенку — но за прошедшее с тех пор время она успела прийти в себя и приподняться.

Делать было нечего, мы полезли на нее вслед за вездеходом, с трудом пробираясь в переплетении тугих ветвей и отмахиваясь от беспокойных обитателей, испуганных нашим вторжением.

Каждый шаг требовал выдрать ногу из цепких объятий лиан, перенести ее над липкими побегами, найти для нее новую точку опоры, перенести на нее центр тяжести, убедиться, что он устойчив, найти дополнительные точки опоры для рук, заняться переносом следующей ноги. Промежуточные опции — скинуть с себя очередное бегающее или ползущее создание, отцепить запутавшийся предмет снаряжения, удержаться от переворачивания и падения. Бонус — переворачивание и падение с последующим подъемом обратно.

Стенка кончилась ровно в тот момент, когда я собирался провозгласить себя атеистом на том основании, что Творец не мог создать такой несовершенный мир. Мы сошли с кустарников на песок, прошли через стену тростника в рост человека и вышли нас берег быстро текущей прозрачной речки. От нее несло освежающим холодом, который быстро успокоил сервомоторы кондиционеров.

К воде полого спускался песчаный пляж, на котором лежало два длинных изогнутых зеленых бревна. Приглядевшись к ним, я понял, что это ящеры, странно поджавшие под себя лапы.

«Борух. Земноводный ящер. Опасный хищник», — сообщил биосканер, сфокусировав на ящерах красные круги. Подумав, я решил не сообщать Крезу название вновь обнаруженного вида животных.

Противоположный берег зарос деревьями, корни которых торчали прямо из воды.

— Поднимемся по реке на лодках, — распорядился Крез, взглянув на навигатор и махнув рукой вверх по течению. — Нам туда.

Проваливаясь в вязкий ил, от которого разило тухлятиной, мы пошли к воде, но стоило нам приблизиться, как борухи ожили и угрожающе разинули длинные узкие пасти. Я выхватил игломет, но Крез спокойно поднял мне руку.

— Не стоит. Они просто испугались нас.

— Тебя, ты хотел сказать, — ворчливо поправил я, не опуская ствола.

Но Крез был прав — ящеры, похоже, собирались ограничиться простой демонстрацией, и спокойно позволили ему приближаться дальше.

И только когда он оказался между ними, они одновременно бросились на него, громко хлопнув челюстями. Крез скакнул в сторону, я разрядил тройной выстрел сначала в голову одного, затем в туловище другого. Первый забился в агонии так, что сбил меня с ног ударом огромного хвоста, второй ретировался в кусты у воды.

Я встал, потирая ушибленную голень. Крез уже разбирал лодку. Услышав меня, он оглянулся на меня с олимпийским спокойствием.