11 картин вместе. Пять из них – в «застое». Трудно перечесть количество разнообразных наград, отечественных и международных, которыми за эти годы были буквально осыпаны сценарист и режиссер.
Но не нужно думать, что их долгий и яркий путь был безоблачен. Еще как терзали и сценарии при их прохождении, и уже готовые фильмы. Дошло однажды до того, что Абдрашитов был уволен с «Мосфильма». Это было в 1980-м, когда они сдавали одну из самых лучших и серьезных своих картин – «Охота на лис».
Уволен был режиссер, правда, всего на три дня. За это время картину срочно перемонтировали и под руководством главной редактуры лишили – ни много ни мало – шести эпизодов, то есть лишили картину смысла. К счастью, в Госкино поняли, что это перебор. Режиссера вернули на студию. Картине вернули пять сцен.
Начиная с их первой работы, каждая последующая все более заметно имела свою стилистическую задачу. Казалось, что набирающим силы авторам с каждым их шагом становится тесно в пределах реалистического изображения действительности. Хотя и в «Слове для защиты», и в «Повороте» они еще оставались верны этому направлению.
Но уже в фильме с довольно многозначительным названием «Остановился поезд» происходит некоторый стилистический сдвиг. Казалось бы, вполне даже «производственный» сюжет истории столкновения пассажирского поезда со сцепкой из шести грузовых платформ, приведшей к гибели машиниста, понадобился, чтобы историю эту превратить в символическую и в некотором смысле даже пророческую.
Но главный и очень ощутимый «поворот» в их творчестве связан с их пятой картиной, последней для обсуждаемого нами периода в стране. Название которой полностью выглядит так: «Парад планет» («Почти фантастическая история»).
Идея сценария была замечательная, сюжет ни на что не похожий. Шестеро сорокалетних мужчин – мясник из магазина, ученый-астроном, рабочий завода, грузчик, архитектор, водитель троллейбуса – призваны на сборы резервистов. В конце военной игры их артиллерийская батарея уничтожена противником, они «мертвы». Пали смертью храбрых.
До конца сборов у них несколько дней. Пропустив поезд до города, они становятся «духами с того света», формально их вообще нет на свете. За поворотом сюжета и начинается новая, «почти фантастическая» история. То, как «духи», не существующие ни для кого, только друг для друга, проводят эти несколько дней, их приключения, как раз и оправдывает это определение.
Герои попадают в «город женщин», где танцуют с этими женщинами, встречают странного человека с лодкой – наверное, это Харон. И в финале оказываются в Доме престарелых, где узнают самих себя в старости.
Однако в названии есть еще слово «почти». Почти фантастическая. И, пожалуй, эта авторская оговорка и есть ключ к понимаю картины. На самом деле фантастика Миндадзе и Абдрашитова это и есть реализм, необходимый этому времени.
Итак, финал. Поздним вечером семерка путешественников со всеми странными обитателями Дома престарелых наблюдает в ночном небе загадочный парад планет…
Вот что пишет об этом Майя Туровская, выдающийся кинокритик, доктор искусствоведения:
