Директор ЭТО Владимир Александрович Познер, организатор кинопроизводства во Франции и США. «По рассекреченным данным проекта “Венона”, в годы Второй мировой войны работал в США на советскую разведку».
Очень разными путями пришли к своей встрече два этих разных и в высшей степени незаурядных человека.
Григорий Чухрай во время Великой Отечественной войны служил в составе воздушно-десантных частей. На второй день войны в рукопашной схватке с диверсантом был ранен и отправлен в госпиталь в Харьков. Там случайно на развалинах дома нашел книгу Льва Кулешова «Уроки кинорежиссуры». «Книга была тяжелая, но я не мог с ней расстаться и долго носил в своем вещмешке. Она определила всю мою дальнейшую жизнь», – вспоминал Чухрай.
В это же примерно время Владимир Познер, или как его называли в Америке – Влади, начал работать в прокатной компании MGM в Нью-Йорке.
В 1946 году, после десяти месяцев госпиталя, Григорий Чухрай поступил на режиссерский факультет ВГИКа. Мастерскую сначала вел Сергей Юткевич, но он был из института уволен по обвинению в космополитизме. На собрании, где его дружно уничтожали, единственный, кто выступил в его защиту, был студент Чухрай.
Мастерскую принял Михаил Ромм.
В том же 1946 году Познер был уволен с работы на MGM International. В 1948 году как «подрывной элемент» был вынужден покинуть с семьей США. Собирался выехать во Францию, ему отказали в визе. В итоге приехал в Восточный Берлин, где получил должность в представительстве «Совэкспортфильма».
Чухрай заканчивает ВГИК, но во время съемок диплома открываются военные раны, он ложится в госпиталь. После выписки оказывается – съемочная группа распущена, декорации разобраны. Его учитель Ромм предлагает ему работу у него на картине, но Чухрай уезжает в Киев и до 1955 года работает ассистентом режиссера на Киевской студии. В том же году возвращается на «Мосфильм».
Возможно, встреча его с Познером могла произойти раньше. Однако в 1955 году Познер уходит с «Мосфильма», где он с трудом устроился младшим инженером. При том, что в киноиндустрии Америки и Западной Европы он считался одним из самых знающих и блестящих профессионалов в области проката и производства.
Его снова направляют в Восточный Берлин. Потом – снова Москва, и уже в 57-м году работа в Главном управлении по производству фильмов Министерства культуры СССР.
Тем временем Чухрай снимет свой первый фильм «Сорок первый», станет известен, снимет еще более знаменитую «Балладу о солдате», получит за нее Ленинскую премию. А в 1963-м возглавит жюри III Московского международного кинофестиваля и сделает все возможное, чтобы Большой приз получил Федерико Феллини за фильм «Восемь с половиной».
Тогда они тоже могли встречаться, ведь Познер был ответственным секретарем фестиваля. Фестивальный круговорот, обязательные интриги вокруг решений жюри, которые в том году особенно имели политическое значение… Наверное, они были так или иначе знакомы, но еще никак не предполагали, что судьба ждет их в 65-м году на остановке троллейбуса недалеко от «Мосфильма»…
Я знал Владимира Александровича Познера. Вернее, встречал. Два или три раза. Он дружил тогда с Элемом Климовым, а Элем дружил с моей однокурсницей Соней Давыдовой. Я думаю, это был год 64-й, когда он уже готовился защищать во ВГИКе диплом своим замечательным фильмом «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен».
Компания тогда у нас образовалась тоже вгиковская, молодая, красноречивая, конечно, с постоянными разговорами о кино. Познер, красивый, спокойный, немногословный, мне тогда не напрасно казалось, загадочный, был намного старше нас. Но, видимо, ему любопытно было слушать наши разговоры и споры о кино.
Действительно, в моем отношении к нему глагол «встречал» гораздо уместнее, чем «знал». Ведь тогда я, как и другие, даже догадаться не могли, что среди нас опытный советский разведчик в прошлом.
И я предположить не мог, что много лет спустя он, как и его сын, знаменитый журналист, станут «действующими лицами» сериала, который я возьмусь написать. Непоставленного сериала. Прежде всего по моей вине.
