– Я никуда не делась, – верно истолковала мой жест Дорианна. – Я рядом с тобой.
Это прозвучало как в адрес ребёнку, чтобы тот не боялся, что он не один. И несмотря на подоплеку, её слова приятно обогрели.
– Прости мою резкость насчет Каллиопы. Сведения о ней я почерпнула исключительно из твоих рассказов, что разумеется для выводов недостаточно. Надо видеть собственными глазами.
Так же, как и недавно Дорианна, я вздернул ушами. Проехали.
– И когда я говорю тебе об архитекторах, то не для того, чтобы напугать или запутать, а для того, чтобы ты знал, где находишься и в связи с этим понимал, что делать дальше. Вот что ты намерен сейчас предпринять?
Капли замедлили свой полёт и стали редкими. С окна отдалённо веяло тёплой влагой. Так, кажется, пахло на озере, под Штрумфом. В детстве было особенно здорово пойти купаться после дождя, вода становилась такой приятной…
– Сейчас я намерен пойти искупаться, – ответил я, поднимаясь с кровати.
Дорианна слегка округлила глаза и поднялась вслед за мной.
– Если ты не возражаешь, то и мне следовало бы освежиться.
– Что же, идём.
Для того, чтоб не намочить моросящим дождём одежду, мы сразу дома разделись до исподнего и в таком виде направились к реке. Я шёл впереди слегка сконфуженный проигнорированной с моей стороны тирадой Дорианны. Ей, наверное, думалось услышать в ответ нечто более глубокое, но что я мог сказать? Что я намерен отыскать станцию Квикверн? А если я пойму, что не смогу и это невозможно? Ведь вправду я ещё очень мало знаю. Ничтожно мало.
Волны прохладой обняли мои колени, и тут я вспомнил, что в детстве купался в озере, но никогда в реке. Видимо, тут моя детская мысль не работала, так как вода оставалась такой же прохладной, как и до дождя, даже, наоборот, холоднее. Я обернулся на Дорианну, она мужественно следовала за мной. Подол купального платья льнул к её ногам – стройным и сильным. Когда воды в заводи стало по грудь, я нырнул, стараясь проплыть под водой как можно дольше, чтоб разогреть каждый мускул. Вынырнув, я оказался лицом к лицу с Дорианной. Изумлённо выдохнув, она слегка подалась назад. Её движения в воде были очень плавными и расчётливыми, грациозными. Странно, что я только сейчас по-настоящему понял, насколько она красива.
– Видишь тот плоский валун? – Дорианна кивнула головой в сторону камня посреди заводи. – Ты в прошлый раз забирался на него?
– Нет, – чтобы удержаться на месте, я напряженно балансировал, в то время как Дорианна делала это непринужденно – лёгкими, широкими жестами.
– Сплаваем до него?
Я согласно кивнул. Речная вода избавляла тело от усталости и голову от мыслей. Хотелось просто любоваться Дорианной и плыть, плыть.
Мы оба плавали одинаково хорошо, не отставая друг от друга и не обгоняя. Валун для реки был огромен – как маленький островок. Взобравшись на него, я подал руку Дорианне. Как только девушка ухватилась за меня, я намеревался рывком поднять её из воды, но тут голова Дорианны подалась назад.
– Стой! Что-то держит маску.
Тут только я увидел гнилую корягу позади девушки.
– Там коряга. Вероятно, она застряла между камней и зацепилась за тебя. Она трухлявая, ничего страшного.
– Хэймо, погоди…
Но было поздно. Я рванул Дорианну к себе. Раздался треск, и маска, раскрывшись, повисла на щеке девушки. Я обомлел. Дорианна не являлась кинокефалом. Её лицо было короче, аккуратный коричневый нос был мал и слегка вздёрнут вверх, серебристая шерсть на щеках перемежалась черными полосами, а подбородок оказался небольшим и узким… Нет, её можно было назвать кинокефалом, однако сочетание черт напоминало кошку. Огромные изумрудные глаза Дорианны сначала наполнились страхом, затем эмоции стали меняться с пугающей быстротой – к ней возвращалась память. Глаза её наполнились слезами, и она прижалась ко мне, крепко стиснув в своих объятиях.
– Неужели… неужели встретились…
– Дорианна, что…
Моё смятение перекрылось новым шокирующим взрывом. Я почувствовал, что Дорианна счастлива меня видеть. Не просто почувствовал, а почуял! Морозная свежесть и полевые цветы! Я снова чуял!
– Дорианна, мое обоняние! Оно вернулось!
В радостном возбуждении я отстранился от Дорианны и повёл носом в сторону леса. Теперь я чуял реку, чуял вести ветра, теперь я чуял всё!
– Хэймо.
Слезы на глазах Дорианны и запах горечи поубавили мой пыл, заставив насторожиться.
– Ты вспомнила что-то нехорошее?
– Хэймо, – повторила Дорианна, – слушай меня внимательно. Я носила маску не из-за кона сторожить выживших – ничего этого здесь нет, города аланитов здесь тоже нет. Все эти подробности я нарочно выстроила в памяти, чтобы попасть сюда. В противном случае я бы не помнила совсем ничего. А так, веря в выдуманную жизнь, я могла бы хоть как-то функционировать и действовать.
– Что…
Дорианна прислонила палец к моим губам.
– Маска являлась оберегом. Она хоть и ограничила доступ к памяти, правда, без неё меня тут же бы обнаружили, что собственно уже произошло. Времени у нас нет. Добраться до глаза Гора мы уже не успеем, однако… однако попытаемся.