Он прав. Как бы ей ни хотелось покончить со всем поскорее, как бы ни было страшно медлить, давая Мэзэхиро больше времени, Иоши и Кунайо-доно гораздо лучше понимали, что делать, чтобы не растерять всех немногочисленных единомышленников.
— Это было ужасно, — зевнула под ногами Норико. — Ты же понимаешь, что Хотэку тебе поддавался?
— Наставник никогда не сражается с учеником в полную силу. — Иоши скосил глаза на бакэнэко.
— Не умничай, — клацнула зубами та.
Киоко усмехнулась. Норико в последнее время стала просто невыносимой. И вряд ли дело было действительно в успехах Киоко. Скорее уж причиной её особенной несносности был сэмпай.
— Смеёшься? А между прочим, Фумайо-сэнсэй спрашивал о тебе. — Её хвост раздражённо лупил по сторонам.
— Правда? — Киоко отстранилась. — Он всё же согласен взять меня на обучение?
— Как будто у него есть право отказаться, — усмехнулся Иоши.
— О, он был бы рад избавить себя от этой необходимости. Когда я спросила про обучение в школе, он посмотрел на меня так, словно я заставила его проглотить сколопендру.
Иоши тут же посерьёзнел.
— Если хочешь, я с ним поговорю.
— Меня радует, что ты теперь хотя бы спрашиваешь перед тем, как делать глупости, — не смогла не отметить Киоко. — Не беспокойся, с этим я и сама в силах разобраться. Не думаю, что мне пойдёт на пользу, если император будет вступаться за меня по каждой мелочи.
— Как скажешь. Откажет — так казним. Это запросто.
— Иоши!
— Я пошутил, — ухмыльнулся он. — Или нет. Вообще-то за такое действительно положена казнь. Можешь себе представить, чтобы кто-то ослушался твоего отца?
— Знаю я одного человека…
— И даже он не посмел сделать это открыто! Что очень позорно для самурая, между прочим.
Норико нетерпеливо мяукнула, и Киоко тут же спохватилась:
— Надо поговорить с ним, раз уж он обо мне спросил.
— Поговори. — Иоши поцеловал её напоследок и отпустил. Это стало уже таким обыденным… Ещё одна причина не торопить события. Никогда и ни при каких обстоятельствах императоры не ведут себя на людях подобным образом. И если ей нужна поддержка двора в Иноси, то придётся принять его правила.
— Укрепим Юномачи здесь и здесь. — Кунайо-доно отметил искусно вырезанными фигурками самураев южную и восточную стороны города.
— Не стоит недооценивать север, — возразил Иоши. — Мэзэхиро не глуп, он знает, что мы будем ожидать атаки с юга.
— Конечно, — подтвердил Кунайо-доно. — Поэтому мы укрепляем восток так, чтобы это тоже было заметно. Вы, Первейший, упускаете, что я сам позволил ему узнать о Минато. В этом наша сила.
— Сыграть на его ярости?
— Сёгун порывист, но не глуп. Он не станет действовать бездумно. Мы оставим ему слабоукреплённый — на первый взгляд, конечно же, — север. Там холмы круче и выше, к городу подступиться сложнее. Он решит, что мы стянули б
— А что другие провинции? Столица ведь по документам в провинции Сейган?
— Кюрё никому не нужен. — Даймё раскрыл карту Сейган. — Вот здесь, — указал он на холмы, — видите, не подобраться. Город со всех сторон неудобен. Некогда мои предшественники там действительно жили, но война, скудость земель — и это место стало совершенно невыносимым.
— Но с тем, что сделала Киоко-хэика…
— День возрождения! Думаю, это станет новым государственным праздником, — усмехнулся Кунайо-доно. — Вы правы. Теперь Кюрё вновь становится выгодным местом, скрытым среди холмов и почти неприступным. Однако Мэзэхиро не станет ждать, пока туда переселится весь дворец. Нет, войска сёгуна нападут, пока мы здесь. И я не думаю, что у нас много времени.
— Пара месяцев?
— Не настолько мало. Полгода наверняка есть.
Иоши в это не особенно верилось. Отец ненавидел ждать, с чего бы сейчас станет?
— Вижу ваши сомнения, Первейший. Однако сёгун знает, на что вы способны. Справиться с вако, отстоять город — не каждому такое под силу.
— Не без помощи ваших самураев.
— А возродить землю, столетиями бывшую мёртвой? Это его напугало. Он не знает, насколько сильна Киоко-хэика. Легенды о героях с Сердцем дракона весьма красочны, вы ведь понимаете.
— То есть он боится поражения.
— Как и всякий военачальник. Постепенно он будет стягивать к границам Западной области все военные силы. Или, во всяком случае, б
— Тогда нам конец, — заключил Иоши.
— Не погибайте раньше времени, Первейший. Полагаю, это сражение станет не концом, а началом войны.
Нос щекотал аромат вишни. Время роста здесь словно решило взять всё, что ему причиталось за предыдущие годы, и теперь земли Западной области благоухали так, что Норико то и дело чихала.
Вот и сейчас, чихнув и спугнув тем самым яркую бабочку, она раздражённо потёрла нос лапой.
— Тебе лучше поохотиться где-то подальше от сада, — раздалось сзади.
— Птиц, больше не подкрадывайся, — резко бросила она, не оборачиваясь.
— Что, цветы мешают почуять запах?
— А сам-то? Небось по чихам меня и нашёл.
— Вообще-то я пришёл сюда отдыхать, не искал тебя.
Норико обернулась и запоздало поняла, что смотрит со слишком уж откровенным удивлением.
