Наверное, кто-то скажет, что это неправильно или даже неправдоподобно. Как можно спать вместе и ни разу при этом даже не целоваться, не говоря уже о большем? Но это так. Первый наш поцелуй состоялся только в феврале. Адель вручила мне валентинку и несмело коснулась губ. Казалось, мой мотор просто не выдержит тех оборотов, что он набрал. Руки подрагивали, когда я обхватил личико моей девочки и поцеловал ее по-настоящему.
Я давно уже не был девственником, дворовая жизнь учит быстро и рано. Но все, что происходило сейчас, было совершенно новым для меня. Невероятным.
- Боже, Ваня, почему ты не целовал меня раньше? - с горящими глазами спросила Адель, стоило разорвать поцелуй. - Это так... Так... Поцелуй ещё...
И я целовал, в тот день и потом, я целовал ее много раз, долго, упоительно, до сбившегося дыхания. Но дальше поцелуев дело не заходило.
Гордеев только один раз вызвал меня на серьезный разговор. Сразу после нашего с ним знакомства, когда Адель первый раз пригласила к себе.
- Ей только четырнадцать, - строго сказал мужчина. - Если узнаю, что ты...
- Даже в мыслях не было, Вячеслав Борисович, - перебил я его тогда. - Сам не обижу и никому не позволю...
??????????????????????????
Сам не знаю, чем вызвал его доверие. Но с Адель встречаться он разрешил и у них оставаться тоже.
Но я не сдержал слово.
В тот день я должен был встречать ее с художки. Занятия заканчивались в девять, и обычно Вячеслав Борисович забирал её, но у него был какой-то семинар, и я сказал, что встречу.
Начало апреля было холодным, даже зимних курток ещё не сняли. Я после школы лазил по улицам с пацанами, и перед тем, как ехать встречать Адель, решил зайти переодеться и поесть.
Мама лежала на полу на кухне. Я вызвал скорую и поехал с ней в больницу. По дороге набрал Адель предупредить, что опоздаю.
- Я не маленькая, доберусь, - ответила она. - Будь с мамой, ты ей сейчас нужнее.
Домой она не добралась. Ее изуродованное тело нашли через две недели. Экспертиза показала, что смерть наступила два дня назад. А значит, она жила и страдала в руках каких-то ублюдков целых двенадцать дней.
Вячеслав Борисович поседел в тот день, когда ездил на опознание тела. Тетя Марина не выдержала и наглоталась таблеток. Он похоронил их в один день.
Пока мама была в больнице, я жил у Гордеевых. Просто не мог уйти из ее комнаты. Я плакал, просил прощения, что не встретил, что подвел. А когда узнал о её смерти... Никогда не думал, что могу так реветь. Я выл раненым зверем, но боль не уходила, а черная дыра разрасталась. После похорон Гордеев привел меня на кухню, достал бутылку водки и налил в две рюмки.
- Пил раньше? - спросил он.
- Только пиво, и вино у вас.
- Пей.
Мы выпили бутылку. Это был первый раз, когда я так напился. Алкоголь слегка притупил боль.
Школу я практически забросил. Маме, что случилось с Адель, так и не рассказал, боялся, что опять в больницу попадет, она и так там почти месяц провела.
Я кое-как взял себя в руки. Закрылся, не выпускал эмоции и боль, не мог показать маме, как мне плохо. И только с Гордеевым позволял себе эту слабость.
Через два месяца нам сказали, что никаких зацепок так и не нашли. Дело они, конечно, не закрывают, но, скорее всего, это висяк...
В тот день Вячеслав Борисович разнёс пол кухни. Ругался сильно, раньше никогда от него такого не слышал. А на утро он сказал:
- Я сам их найду.
Он их нашел. Мы нашли.
Гордеев ушел из универа. И пошел в банду. Начинал с самого низа. Сначала был на побегушках. К нему присматривались. Ещё бы, кто в здравом уме кинет работу в престижном вузе в сорок лет, чтобы заниматься всяким дерьмом? Проверяли, можно ли ему доверять. А я был его тенью. Он ругался, прогонял. Говорил, что вся моя жизнь впереди и мне не место с этими отбросами. Но каждый день я снова шел за ним. К концу лета Гордеев возглавил небольшую группу. Что неудивительно, мужик он образованный, умный. А ещё у него была цель и ему было плевать, как он к ней придет. И не стоит забывать, что в свое время он служил в ВДВ. И форму он поддерживал регулярно, до сих пор единоборствами занимался.
Под ним было шесть человек. Они выполняли поручения выше стоящего, следили за выделенной территорией. Тогда в городе было три банды. И они постоянно соперничали. Однажды я вовремя предупредил, что на них готовятся напасть. Выяснил случайно, просто по другой дороге пошел. Успел вовремя. Территорию отбили. Ближе к сентябрю я его спас, снова повезло. Я ведь рядом ошивался, когда на окраине в заброшке Гордеев, со своими парнями, собрался дела обсуждать. Мне туда было нельзя, я к банде никакого отношения не имел. Вот и увидел, как какой-то гамадрил пушку вытащил. Недолго думая, саданул его по башке сзади, он и вырубился. Почему он был один, может, внимание привлекать не хотел, решил, одному легче уйти будет, не знаю. Но после этого случая Гордеев сказал так:
- Я беру тебя к себе. Но у меня условие. Ты заканчиваешь школу и поступаешь. Мне рядом нужен полезный человек, который умеет не только кулаками махать.
