– Лично вам или церкви?
– Мне.
Но какое это имеет значение, если весь мир рухнет?
– Хорошо.
– Это будет приемлемо, – сказал Хокинг. – Можешь оставить ключи от машины в ризнице.
Джо почувствовал, что у него на шее выступил пот.
– Еще одно условие.
Священник развернулся.
– Вы думаете, что я чудак. Именно так вы и думаете. Что ж, вы имеете право на свое мнение. Вы думаете, что будущее, предсказанное мной, невозможно. Поэтому мне кажется, что это условие будет не лишним. – Джо подошел ближе. – Вы соглашаетесь никогда не прикасаться ни к чему из товаров на моем складе. Ничего и никогда. Вы не станете принимать их даже в качестве подаяния.
– Я и не собирался их принимать.
– Хорошо.
Элвин Хокинг смотрел на него.
– Составь документ и я подпишу, – наконец решился он.
– Включу это в последнее положение.
– Твое право. И еще кое-что. – Преподобный насмешливо улыбнулся. – Ты больше никогда не станешь говорить с моей женой. – Он запрокинул голову, чтобы насладиться выражением лица молодого человека. – Ты не будешь составлять ей компанию. Ты никуда с ней не пойдешь. Ты никогда не очутишься с ней в уединенном месте и не будешь передавать ей сообщения. – Хокинг стоял и ждал ответ, но он знал, что никогда его не услышит. – А если нарушишь эти условия, то наша сделка будет расторгнута. – С довольным видом он повернулся и вышел из церкви.
– Правительство выпускает двадцать миллионов вакцин, – сказал Мэллори Букс. – Разве они не понимают, что нас семьдесят миллионов?
Джо жарил яичницу.
– Как вам нравится? – спросил он.
– Что?
– Яйца?
Мэллори хмыкнул.
– За восемьдесят лет жизни меня ни разу об этом не спрашивали. Я даже не знаю, как тут правильно ответить.
– Обычно отвечают яичница-глазунья или яичница-болтунья, – сказал Джо. – Хотя мне всегда приходилось выбирать между жидкой яичницей и какой-то резиновой.
– Тогда я буду что-то среднее.
– Хороший ответ, – произнес Джо. Он положил два яйца в тарелку доктора, а затем разбил в сковородку еще два.
– Ты закончил со всеми этими делами?
– Какими делами?
– Они жалуются, что фургон Питера Шонесси постоянно перекрывает Клифф-стрит-хилл. Но, вообще-то, он там припаркован днем и ночью.
– У них нет причин жаловаться. Там всегда много места для объезда.
– Они говорят не об этом.
– Ну, я еще не видел, как авианосец «Арк Ройял» плывет вверх по Клифф-стрит-хилл, но все остальное там точно проедет. – Джо перевернул яйца. – И вообще сегодня суббота. У меня выходной.
– Рад слышать. – Мэллори принялся за свой завтрак. – Джесси Хиггс волнуется из-за того, что ты открываешь там магазин.
– Скажите ей, чтобы не беспокоилась. Я ничего не открываю. Даже если бы я хотел, то преподобный Хокинг не разрешил бы.
Они в тишине приступили к завтраку. «По крайней мере, одна вещь, которую я добавил в домашнее хозяйство Мэллори Букса, – подумал Джо, – это концепция хорошего завтрака».
– Ты, случайно, не умеешь играть в бридж? – спросил доктор.
– Немного умею. – Джо попытался вспомнить, когда играл в него последний раз. – У вас есть четыре игрока?
– Четверо, если считать тебя. Играют Джереми и Демельза. Когда-то мы играли с Альфредом Мутом с небольшой фермы, но он… он умер три года назад. Сегодня вечером ты нужен нам в «Буревестнике».
– Чай?
– Да, пожалуйста.
«В наших отношениях полный симбиоз», – подумал Джо. Мэллори Букс сидел за столом, как говорливый дядя, пока Джо готовил и убирал со стола, собирал и мыл посуду, расставлял все по местам. Вклад Букса был более скромным. Он кратко комментировал деревенские сплетни, обрывки новостей по радио, рассказывал об интересных случаях, которые повидал за долгие годы жизни в деревне. Джо с любопытством слушал его истории. Букс стал его новостной лентой, телеграфной лентой из заголовков и важных моментов. Национальные и международные новости соседствовали с происшествиями на Фиш-стрит, причем оба типа новостей вызывали равные внимание и обсуждение.
– Вчера заходила Дороти Ресторик, – сказал Мэллори. – С младенцем.
– Да, я ее знаю.
– Он постоянно шмыгает носом. Она думает, что это азиатский грипп.
– Серьезно?
– Я знал парня, который, кажется, в 1970 году умер от гриппа. Корин Мэгвиз. Он был двоюродным дедом Бевиса Мэгвиза. Посреди зимы решил поехать на тракторе. Я сказал ему остаться в кровати, но он не послушал. Его мертвое тело нашли возле колеса, вот бестолковый бедняга.
– О боже.
– Говорят, что в Индонезии четверть миллиона погибших. Бог его знает, какие цифры в Индии. Никто и не считает.
– Полагаю, что нет.
– Сингапур, знаешь ли, закрыли. Никого не впускают и не выпускают.
Джо ощутил, как его антенны пришли в движение. Сингапур был важным местом: морской хаб для товаров и нефти. Сколько мировой торговли проходит через Сингапур? Он ждал, когда в голове начнут соединяться точки.
– Что с Ормузским проливом? – спросил он.
– С чем?
– Персидский залив. Он все еще заблокирован?
– Все хуже, – ответил Мэллори. – Вмешалась Япония.
