Гуаньцзи был почти уверен: монгол прав. Тайпины обманули защитников Ханчжоу. Они ушли. Но нужно было удостовериться. Целиком и полностью. А не то тайпины пробьют стену и ворвутся в гарнизон, где уже решили, что угроза миновала, и тогда погибнут тысячи людей. Гуаньцзи шел медленно. На поясе болтался меч тайпина. Он слышал биение собственного сердца.
Еще ярдов через двести он наконец увидел тайпинов. Маленькая группа, в которой двое несли факелы, пересекла улицу впереди и скрылась в переулке. Некоторые взглянули на него, но без интереса.
Все пока идет хорошо. Дома, мимо которых Гуаньцзи проходил, были пусты. Ни огней внутри, ни голосов. Дважды он распахивал ворота и заходил во дворы. Первый оказался безлюден. Во втором в уголке под фонарем сидел на корточках какой-то одинокий старик. Он с тоской взглянул на Гуаньцзи, наверняка гадая, не причинит ли ему вред этот непрошеный гость. Уверенность росла. Гуаньцзи продолжал путь к огням, видневшимся вдалеке.
Знамена. Повсюду красно-желтые знамена тайпинов. Это было первое, что бросилось Гуаньцзи в глаза, когда он вышел на открытое пространство в квартале ямыня. Знамена, но не в руках тайпинских воинов. Некоторые воткнуты в землю, другие привязаны к столбам или прикреплены к нависающим крышам зданий. Целое море знамен, развевающихся на ветру. Костры и свисающие со зданий фонари дополняли эффект. Если смотреть откуда-то сверху – скажем, с гарнизонной стены, – можно было подумать, что здесь полно войск.
Какие-то войска и правда наличествовали: по паре воинов у каждого костра, кроме того, тайпины рядком сидели или лежали на широких ступенях перед большими зданиями. Как ни странно, когда он смело вошел в большой особняк префекта в центре ямыня, то встретил всего полдюжины воинов, играющих в шашки в большом зале. Они лениво посмотрели на Гуаньцзи. Он огляделся, словно ожидал найти там кого-то, покачал головой и вышел. На северном конце ямыня Гуаньцзи заметил несколько больших куч земли, явно добытых из туннеля под стеной, и понял, что кучи тоже тщательно расположили так, чтобы их было видно из гарнизона.
Так сколько воинов в этом квартале? Он прикинул, что видел около ста. Удвоить и еще раз удвоить: все равно не больше пятисот. И уж точно не пять тысяч. На всякий случай он пробрался обратно по улицам под западной стеной. Та же самая история. Почти пусто.
Готово. Миссия оказалась легче, чем ожидалось. С чувством облегчения Гуаньзци направился обратно к пустой площади.
Все выглядело так же, как и когда он уходил. В центре горел маленький костерок. Из домов не раздавалось ни звука. Где же маньчжурка? Прячется? С ней что-то случилось? Она узнала что-то, чего он не знал?
Гуаньцзи услышал свист откуда-то слева и только повернулся, чтобы посмотреть, как что-то еще привлекло его внимание: свет факелов впереди, у остатков баррикады в углу. Два факела, три, четыре. Он не успел спрятаться, а на площадь стремительно выскочил небольшой патруль. Четыре факелоносца и шесть полностью вооруженных тайпинов во главе с офицером. Они двинулись прямо к нему.
Гуаньцзи замер. Бежать бесполезно. Лучше разыгрывать спектакль.
– Ты идешь не в ту сторону! – крикнул офицер.
– Отстал.
Очевидно, патруль решил в последний раз прочесать город, чтобы собрать всех своих людей. Вероятно, это означало, что они уедут сегодня вечером. Он ждал, пока они приблизятся. Если он пойдет в ногу сзади, то, возможно, сможет убежать, когда они покинут площадь. Офицер был всего в десяти футах от него.
– Стоять! – скомандовал офицер.
Он уставился на Гуаньцзи. На вид около сорока. Седой. Его выправка указывала на годы, проведенные у власти. Через щеку тянулся шрам. Глаза тайпина были прикованы к длинным волосам Гуаньцзи, недавно распущенным из косички. Если приглядываться, да еще при свете факела, то может выглядеть не очень убедительно.
– Я тебя не знаю, – заявил офицер. – Как твоя фамилия?
– Чжан, господин. – Гуаньцзи выпалил первую пришедшую на ум распространенную фамилию.
– А как меня зовут?
Гуаньцзи сразу распознал ловушку. Если это был старший офицер, каждый тайпин в городе знал его имя. Но что он мог сказать? Он замялся.
– Шпион, – спокойно произнес офицер и вытащил длинный нож.
Гуаньцзи тоже вытащил меч. Бесполезный жест, конечно. Патруль его скрутит в два счета. Это скорее просто инстинктивное движение. Двое солдат-тайпинов двинулись к нему, но офицер поднял руку и жестом приказал отступить.
– Ты офицер? – спросил тайпин со шрамом.
– Да.
– Хорошо, – кивнул он. – Приготовься умереть.
Это не было угрозой, просто констатация факта. Поняв, что требуется, двое факелоносцев расположились с одной стороны, а двое – с другой. Убивать нужно при свете. Гуаньцзи крепко держал свой меч. Прямой клинок блестел в свете факелов.
Гуаньцзи почувствовал его вес, убедился, что центр тяжести тела в нужном месте, но не сводил глаз со своего врага. Нужно было следить за двумя вещами: за острием оружия противника и за его ногами.
