– Наверное.
– Что ж, – вздохнула тетя Харриет, – остается только молиться Всевышнему, чтобы ситуация с торговлей опиумом выправилась.
Бенджамин Одсток, казалось, всегда относился к жизни легко. После полуденного приема пищи у него была сиеста. Вечером он обычно заглядывал в один из клубов для торговцев Калькутты. Он никогда не пропускал скачек на ипподроме, и его частенько приглашали на званые вечера. Благодаря общественной жизни и обширной переписке, которую он вел со своими контрагентами в таких далеких местах, как Сингапур и Лондон, Бенджамин Одсток был чрезвычайно хорошо информирован.
Поэтому для Джона Трейдера стало настоящим шоком, когда на следующее утро он вошел в контору, а этот джентльмен оторвался от стопки только что полученных писем и мрачно сообщил ему:
– Британское правительство не собирается платить нам.
– Компенсацию? За опиум? – Сердце Трейдера упало. – Ты уверен?
– Нет. Но это единственное объяснение.
– Расскажи, – тихо попросил Трейдер, присаживаясь напротив Одстока.
– Все началось, когда Джардин приехал в Лондон прошлой осенью. Он разжег интерес к опиуму, который и так довольно велик, и эту идею начали лоббировать в парламенте, среди торговцев – везде. Вскоре весь Лондон услышал, как нас ограбили, как британский флаг попран, а китайцы зверствовали против невинных британских торговцев в Кантоне.
– На самом деле они ведь не совершали никаких зверств, – вмешался Трейдер.
– Но могли бы. Это то же самое. Нужна тебе компенсация или нет?!
– Нужна, – сказал Трейдер.
– Короче, Джардин беседует с министром иностранных дел, с самим Палмерстоном. Рассказывает ему всю историю, как нам нужен флот, дает ему карты, все. Палмерстон слушает. Затем тишина. Почему?
– Возможно, он хочет проверить подлинность истории.
– Вздор! – возразил Бенджамин. – Правительства работают не так. И уж точно не так думает Палмерстон.
– Значит, в Лондоне есть оппозиция.
– Есть. Наши чуткие друзья-миссионеры. Этот обманщик Гладстон. Даже газета «Таймс» не одобряет торговлю опиумом. – Он покачал головой. – Но дело не в этом, а в том, что правительство слабое. У них может даже не набраться большинства в парламенте. Проблемы в сельской местности. Плохие урожаи. А в городах чартисты и им подобные, которые ратуют за право голосовать для каждого. Боже, помоги нам! К тому же у нас проблемы по всей империи, от Ямайки до Канады. А еще угроза военных действий в Сирии. Палмерстону есть о чем подумать. А что хуже всего?
– Наверное, деньги.
– Ну разумеется. В конце концов все сводится к деньгам. А там все очень просто. Их нет. Так говорит министр финансов. Бэринг[34] ходит по Лондону, рассказывая всем, кто слушает, что денег нет ни на что. И хотя он высокопоставленный член правительства, я думаю, что он, возможно, говорит правду.
– Значит, флот все-таки не придет к нам на выручку?
– Я этого не говорил, – сказал Бенджамин Одсток. – Что-то назревает. Недавно кораблю Британского ВМФ было приказано покинуть Бомбей для сбора в определенном месте. Я слышал, что другие военные корабли собираются на Цейлоне и в Сингапуре. А теперь наш генерал-губернатор здесь, в Индии, незаметно формирует полки для какой-то экспедиции. Официально никаких объяснений.
– Это не доказывает…
– Погоди. Это еще не все. Ты знаешь, что Эллиот и многие из наших, включая моего дорогого брата, вернулись в Макао. Линь угрожал выгнать их снова, но пока ничего не сделал. Между прочим, император назначил Линя губернатором. Но дело в том, что Эллиот получил частным образом письмо от Палмерстона. Мне рассказал Талли. Содержание секретно. Но Эллиот вне себя от радости. И что он делает после этого? Начинает искать быстрый клипер, чтобы доставить его к побережью Китая. К портам, которые снабжают Пекин. Так почему же он – опытный морской офицер, помнишь? – хотел это сделать? Скажи мне.
– Разведка.
– Точно. Корабли собираются. Войска. Эллиот лично хочет осмотреть побережье, не объясняя почему. – Одсток пристально посмотрел на него. – Что означает…
– Боже мой! – уставился на него Трейдер. – Мы собираемся блокировать все китайское побережье. Это намного превосходит то, что изначально планировал Эллиот.
– Планировал?
– Однажды он сказал мне об этом по секрету. Пожалуйста, продолжай.
– Ну это типично для Палмерстона. Ты должен понять, как работает его ум. Этот человек – империалист. Думаешь, он готов стерпеть требование императора Китая, чтобы наш посол кланялся ему в пол? Или что нам запрещено торговать в любом порту, кроме Кантона? Или – если он видел то проклятое письмо – что Линь читает британской королеве нотации, как быть паинькой?!
– Это сработает?
– Думаю, да. Китаю нужна торговля. Им нужны всевозможные материалы, продукты питания, конечно же, медь и серебро – китайцы отчаянно нуждаются в серебре, бо́льшая часть которого поступает из других стран через многочисленные порты на побережье, куда нас не пускают. Блокада всей торговли действительно сильно ударит по ним. Если в чем-то британцы и хороши, так это в организации блокады.
