– Это понятно, – сказал Трейдер. – Некоторые из тех, кто торговал в Китае, приобрели поместья в Шотландии. Например, Джардин и Мэтисон.
– Мистер Трейдер, а вы хотели бы иметь там поместье?
– Да. На самом деле я очень на это надеюсь. – Он улыбнулся. – Но я должен предостеречь вас. Возможно, я и обдумываю такую перспективу, но не смогу воплотить задуманное в обозримом будущем. Пока мне остается только мечтать.
– Но вы хотели бы этого.
– Больше всего на свете! – честно признался он. – Могу я спросить вас как человека, который по-настоящему хорошо знает Шотландию, что вам в ней нравится?
– Ох… наверное, вереск. Дома, а я считаю Шотландию домом, когда я иду по диким болотам и оглядываюсь на старый замок, стоящий среди деревьев… Там течет речка, или ручей, как мы говорим в Шотландии, вода в нем бурая, ну, вы понимаете, из-за торфа, и у нее мягкий терпкий вкус, который так хорошо сочетается со сладким ароматом вереска… – К его величайшему удивлению, мисс Ломонд живописала красоты Шотландии в том же духе еще почти пять минут без остановки. Трейдер словно бы почувствовал легкий ветерок, увидел красновато-коричневый камень старого замка в Галлоуэе, овечек и мохнатых низкорослых коров, пасущихся на возвышенности. Он ловил рыбу в водах Ломонда, как они называли речку, и тихо разговаривал со старым гилли[35], как предки Агнес веками разговаривали с его предками… И когда она закончила, он был влюблен не только в Агнес Ломонд, но и в ее дом, в ее родину и в то ощущение устоявшейся безопасности, которую она воплощала, – во все, чего Трейдеру не хватало и чего он так желал.
Думая о своем плачевном финансовом положении, он погрустнел:
– Даже в торговле с Китаем, мисс Ломонд, чтобы заработать такое состояние, уходит много лет. Тем временем приходится мыкаться по таким местах, как Макао. Вы понимаете.
– Да, я понимаю. – Ее чудные карие глаза с глубоким смыслом смотрели на веер. – Никто не может получить все и сразу.
– Я полагаю, да, – произнес он рассеянно.
– Никогда нельзя терять надежду, мистер Трейдер. Теперь, когда я знаю, что вы такой доблестный человек, мне не нужно вам напоминать об этом.
– Вы думаете, мне не стоит сдаваться? – Он взглянул на Агнес со всей серьезностью.
– Нет, мистер Трейдер. – Она проникновенно посмотрела на него. – Пожалуйста, не оставляйте надежду.
Хотела ли она дать ему сигнал, просто решила приободрить или, возможно, испытывала, какое влияние она может оказывать на молодого человека, было совершенно непонятно. Возможно, Агнес и сама точно не знала. Но Трейдер воспринял это как сигнал.
– Ах вот вы где! – воскликнула миссис Ломонд с улыбкой, когда вернулась.
Чарли и Джон вместе возвращались в экипаже.
– О чем вы беседовали с мисс Ломонд? – полюбопытствовал Чарли.
– О Шотландии.
– О, она обожает разговоры о Шотландии! – хмыкнул Чарли. – Единственное, чего хочет Агнес Ломонд, – найти человека, похожего на ее отца. С поместьем в придачу, разумеется.
– Из-за этого она до сих пор не помолвлена? – спросил Трейдер.
– Не уверен, что кто-то предлагал ей руку и сердце, – ответил Чарли. – Здешние парни, как ты знаешь, не особо хотят иметь женушку, которая считает себя выше их. Потенциальная жена должна быть приспособлена к колониальной жизни. Разделять радости и горести. Противостоять ударам судьбы и все такое. – Он открыл глаза. – Да, молодой человек может влюбиться, но в конце тяжелого дня, если он размышляет о женитьбе, ему в первую очередь нужна подруга жизни.
– Я понимаю, о чем ты, – сказал Трейдер.
– Ты знаешь, почему говорят, что Агнес Ломонд похожа на шотландскую вересковую пустошь? – спросил Чарли.
– Нет, – сказал Джон.
– Потому что она холодная и пустая.
– О! – Трейдер засмеялся. – Я должным образом предупрежден.
Но он считал, что знает лучше.
Шижун не сводил глаз с одной точки. Это произошло так неожиданно, что он даже не понял, что увидел. Когда они только-только начали погоню, он потянулся к подзорной трубе и несколько секунд вглядывался в нее, а потом закричал в голос:
– Гребите быстрее! Как можно быстрее!
Круглые глаза, нарисованные на военном корабле, мрачно следили за ним, словно говоря: «Ты их никогда не поймаешь».
Губернатор Линь был так горд, когда сказал Шижуну:
– Я купил британский военный корабль. Теперь, когда у нас есть варварский корабль, мы можем его тщательно осмотреть, чтобы узнать, как все устроено.
Идея была достаточно здравой, но результаты оказались неутешительными, потому что, списав корабль, англичане поступили хитро.
– Похоже, Эллиот снял все пушки, – грустно сообщил Линь.
А через месяц он признался:
– Наши моряки не могут понять, как работает оснастка. Это не похоже ни на одну из наших джонок. Я дико злюсь, но до сих пор они не в состоянии управлять варварским кораблем.
Однако списанному британскому кораблю все же нашлось применение. Оснастив его собственной пушкой и нарисовав огромные глаза на носу в стиле военных джонок, губернатор Линь пришвартовал его у песчаной косы в Жемчужной реке, чуть ниже по течению от Вампу.
