– Семьдесят пять тысяч! – заорал Трейдер.
– Мы не зря называем отца старым чертом, – заметил торговец.
– Я получу что-нибудь из этого?
– Думаю, да. Вообще-то, ты получишь столько же, сколько и мы с Талли. Двадцать пять тысяч.
– Но моя доля в партнерстве всего десять процентов. Определенно…
– Талли очень тобой доволен. Вся эта заваруха в Кантоне стала хорошим испытанием. Показала нам, из какого ты теста. Ты прошел через испытание с достоинством. Не сгибался под огнем. Сохранял хладнокровие. Затем ты привел этого американца, чтобы привезти чай, помнишь? Когда ты вернулся из Гонконга в Калькутту, Талли прислал мне в частном порядке письмо, в котором предлагал сделать тебя равноправным партнером при условии моего согласия. Время принятия решения на мое усмотрение. И я согласен. Мне кажется, сейчас прекрасный момент!
– Я не знаю, что сказать… – Трейдер был ошеломлен. – Это так щедро с вашей стороны. Я не ожидал…
– Хорошо. – Бенджамин Одсток пару минут смотрел на него. – Тебе хватит, чтобы расплатиться с долгами? – мягко спросил он.
– С долгами? – Трейдер побледнел, а затем, к своему стыду, зарделся. Неужели Рид рассказал Талли? – Как ты понял, что у меня есть долги?
– Это было очевидно с самого начала. Мы с Талли оба догадались. На самом деле, – весело добавил Бенджамин, – было забавно смотреть, как ты потеешь. – Он взял понюшку табака. – Иногда полезно чуток пострадать. Ты проявил себя смелым человеком. А еще показал, насколько предан нашему делу.
– О-о-о, – протянул Трейдер.
– Достаточно ли двадцати пяти тысяч, чтобы погасить твой долг?
– Да.
– В таком случае ты снова на плаву. С этого момента ты на равных с нами в нашей компании. Что касается потерянного опиума… если мы когда-нибудь получим компенсацию – это будет дополнительной неожиданной удачей. – Он улыбнулся. – Чтобы было чего ждать.
– Я не могу в это поверить, – удивленно покачал головой Трейдер.
– Что ж, я бы сказал, что твоим проблемам конец. Что касается будущих заработков, то поживем – увидим. Если экспедиция против китайцев не сработает и торговля опиумом станет невозможной, я полагаю, мы с Талли заберем то, что уже заработали, и отправимся домой. Тебе придется работать как можно лучше. – Он дружески кивнул ему. – Лично я делаю ставку на британцев.
– И я! – пылко произнес Трейдер.
В течение следующих нескольких часов Джон Трейдер отвечал на деловые письма, проверял бухгалтерские книги и старался не думать о будущем. Однако вскоре после полудня он почувствовал необходимость размять ноги и медленно направился к парку, который раскинулся вдоль берега священной реки Хугли.
В парке деревья защитили его от полуденного солнца. Через несколько минут он оказался в тенистом месте с видом на воду, где кто-то услужливо поставил каменную скамейку. Джон присел, глядя на поток, и позволил себе подумать.
Что на самом деле означала внезапная перемена в его материальном положении? Долга больше нет. Он мог рассчитаться с Ридом. Наследство осталось нетронутым. Фактически Джон стал даже на несколько тысяч богаче. А еще он теперь равноправный партнер в небольшом, но респектабельном торговом доме. Большинству молодых людей его возраста приходится ждать много лет, прежде чем этого достичь. Он всех опередил.
– Думаю, я мог бы жениться, – сказал Трейдер, обращаясь к реке; многие в Калькутте сочли бы его завидным женихом. – Если бы я был Чарли, то женился бы на хорошей девушке и был бы счастлив.
Но в этом вся проблема. Он не Чарли. Что-то еще подгоняло его, но Джон даже не знал, что именно. Поиски неизвестного? Возможно, погоня за мечтой. Он продолжал сидеть на скамейке, глядя на воду.
– Почему мне всегда нужно больше? – спросил он у реки и, не получив ответа, покачал головой.
Затем перед его мысленным взором возникли шотландские болота, бурые воды ручья и силуэт стройной женщины, лик которой был слегка размыт, но это могла быть только Агнес, а позади нее вдали виднелась какая-то громада. Шотландский замок.
Агнес. Она не похожа на других девушек. Остальные обычные, а Агнес была словно не от мира сего. Она принадлежала той мистической стране, где время измеряется веками и люди знают, кто они такие, а семьи были стары, как гулкие холмы. И если бы он мог добиться этого для Агнес, а она готова вложить свою руку в его, привести его туда и отдаться ему, почему же тогда ему казалось, что он получил бы сам Святой Грааль.
Вчера это было лишь мечтой. А сегодня?
Его беспокоили две вещи. В меньшей степени недовольство полковника Ломонда. Агнес сможет защитить свои интересы. Она определенно подала сигнал, что рада его вниманию. Да, возможно, его ждет тяжелая борьба с полковником, но Джон готов.
