Чувствуя, что проведение домашнего Кубка Азии может обернуться не триумфом, а позором, футбольные функционеры из КНР в 2022 году отозвали свою заявку на проведение турнира. В результате чемпионат прошел в Катаре в январе 2024 года, но и на нем китайская команда блеснуть не смогла.
Правда, сезон 2023 года зародил в сердцах китайских футбольных болельщиков робкую надежду на лучшие времена. После болезненной «санации» китайский футбол действительно начал восстанавливаться. Наконец-то отменили ограничения на посещения игр; открылись новые, современные футбольные арены, построенные к Кубку Азии; дала определенные плоды антикоррупционная кампания, затронувшая и Китайскую футбольную ассоциацию. И хотя проблем по-прежнему остается много, такой футбол все же адекватнее, здоровее, правильнее.
Как видим, кампания Си Цзиньпина по исправлению ошибок и перекосов затронула и футбол тоже — пусть эти перекосы и были вызваны его стремлением к национальному величию.
Китай вступает в период развития, когда одновременно существуют стратегические шансы, риски и вызовы, возрастают неопределенные и труднопредсказуемые факторы, в любое время могут произойти такие события, как «черный лебедь» и «серый носорог». Мы обязательно должны повышать бдительность против всевозможных бед, всегда быть готовыми к худшему сценарию, думать о потенциальных опасностях в условиях спокойной жизни и заблаговременно принимать меры предосторожности, быть готовыми выдержать суровые испытания, будь то чрезвычайно серьезные или даже катастрофические риски и вызовы.
Си Цзиньпин. Высоко неся знамя социализма с китайской спецификой, сплоченно бороться за всестороннее строительство модернизированного социалистического государства (доклад на XX Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая, 16 октября 2022 года)[208]
В течение всего периода правления Си Цзиньпина нарастало ощущение беспокойства. К середине десятилетия стало очевидно, что к внутренним, системным проблемам, которые были хорошо известны и с которыми боролось новое руководство, добавились проблемы другого свойства. Во-первых, они исходили в основном извне. Во-вторых, они плохо поддавались прогнозированию. Эти новые вызовы и угрозы значительно осложнили тот путь, по которому повел страну Си Цзиньпин. Сейчас именно они стали главными факторами, препятствующими осуществлению промежуточных целей развития — типа достижения «среднезажиточного общества» к столетней годовщине Компартии, а также магистральной цели развития Китая «новой эпохи» — «великому национальному возрождению».
Этим вызовам посвящена заключительная часть книги. Вынесенные в ее заголовок понятия «черный лебедь» и «серый носорог» пришли из западной политологии, но с готовностью были восприняты и китайскими идеологами, которые нашли в них ключ к объяснению непростой ситуации, в которой оказался Китай к концу первого десятилетия правления Си. «Черный лебедь»
Хронологически раньше начался так называемый «декаплинг»[212] с США. Иначе говоря, экономический и технологический разрыв двух ведущих экономик мира. Разрыв далеко не полный — по целому ряду важнейших торговых позиций страны по-прежнему являются друг для друга основными партнерами, — но с далеко идущими последствиями для всего мира. Точкой отсчета «декаплинга» можно считать 2018 год, когда американский президент Дональд Трамп начал «торговую войну» против Китая. Но противоречия между двумя крупнейшими экономиками мира нарастали в течение длительного времени.
