Версии существуют разные. Согласно одной, у предателя было достаточно своих сил для того, чтобы одолеть повстанцев. Но он располагал в основном пехотой, а ему надо было срочно оградить отраду души своей от нескромного внимания – для чего и воспользовался быстроходной маньчжурской кавалерией. Есть, конечно же, менее романтичная и более правдоподобная точка зрения: У Саньгуй сам метил на трон, а маньчжуров хотел использовать как временных союзников. Все возможно, но – чужая душа потемки, особенно если учесть тот факт, что после воцарения в столице Поднебесной чужой династии, он со всей своей многочисленной и хорошо обученной армией перешел на службу к завоевателям. Так образовалось еще «восемь знамен» маньчжурской армии. В знак преданности своим степным хозяевам новобранцы сделали себе прически по их образцу: выбрили волосы на темени, а на затылке стали отращивать длинную косу.
Сопротивление было долгим, но сплоченного отпора маньчжуры не встретили. Более того, значительная часть уцелевших после гражданской войны китайских войск пошла к ним на службу. Крестьянская в большинстве своем армия Ли Цзычена не могла успешно противостоять мощной, преисполненной пассионарного нахрапа армии завоевателей. Самого Ли Цзычена всерьез за императора мало кто принимал – даже в рядах его сторонников. Второй повстанческий вождь, мрачный Чжан Сяньчжун вообще не двинулся ему на выручку из Сычуани. После нескольких поражений Ли Цзычен погиб в бою. Летом 1646 г. Чжан Сяньчжун все же вступил в борьбу с захватчиками, но разбитый и захваченный в плен, был казнен.
Север был покорен, но в Центральном и Южном Китае сопротивление было более упорным, местами всенародным. Некоторое время здесь функционировал в остаточном варианте минский двор, во главе которого становились поочередно представители высшей сановной знати. Но его раздирали распри, он постоянно перебирался с места на место, и наладить управление сохранившими ему верность воинскими частями не смог. В результате они постоянно бывали биты в сражениях, солдаты переходили на сторону противника.
При дворе находились европейские миссионеры-иезуиты. Один из них, поляк, вызвался доставить папе римскому письмо местоблюстителя престола с просьбой молиться о династии Мин. Поручение отважный шляхтич выполнил, и даже сумел вернуться обратно. В ответном послании папа старался ободрить страждущих, некоторые из которых к тому времени стали христианами – но судьба была к ним неблагосклонна. Последний номинальный глава минского императорского дома Юн Ли бежал в Бирму, жил там в бедности, к тому же заболел астмой. Но маньчжуры не дали ему закончить свои дни в унылом забвении: обнаружили, схватили и казнили.
Современников потрясла трагическая гибель Янчжоу – многолюдного города на Великом канале. Его обороной руководил минский полководец Ши Кэф. Маньчжуры непрерывно штурмовали город десять дней, а когда ворвались в него – он был пущен на поток и разграбление. Утверждали, что в боях, в резне и в пожаре погибло 800 тысяч человек. После этого Нанкин, второй по значению (после Пекина) город тогдашнего Китая, был сдан без боя – хотя в нем находился многочисленный гарнизон, а жители были преисполнены решимости сражаться.
Силы сопротивления были слишком разнородны: отдельные части минских войск, остатки повстанческих армий, отряды, созданные горожанами и «сильными домами». Образовавшаяся было в результате договоренности «Армия тринадцати соединений», потерпев несколько поражений, распалась.
В южных провинциях при подавлении сопротивления отличился первый китайский носитель косички У Саньгуй: он разбил отряды одного из бывших вождей повстанцев Ли Динго, который в этой борьбе погиб.
Но в 1673 г. в тех же местах против завоевателей вновь разгорелась борьба, и небезуспешная. Во главе восстания стоял… У Саньгуй. Назначенный маньчжурами губернатором, он вознамерился стать повелителем самостоятельного государства. Выступление было подавлено только через восемь лет, в 1681 г., когда зачинщик уже умер своей смертью. Но в народной памяти эта акция в зачет ему не пошла – в ней У Саньгуй навсегда остался предателем.
На континенте сопротивление было сломлено – но оставался еще остров Тайвань. Там закрепился один из главных героев обороны Юга – Чжэн Чэнгун. Происходивший из богатой купеческой семьи, разбогатевшей на прибрежной торговле, он имел в своем распоряжении большую флотилию (согласно другим источникам, Чжэн Чэнгун был сыном пирата и сам пират – но это, возможно, просто иная трактовка понятия «прибрежная торговля»). Долгое время его суда, базировавшиеся в гаванях юго-восточных провинций, проникали по рекам, в том числе по Янцзы, далеко вглубь территории, а высаживавшиеся с них отряды наносили маньчжурам и их приспешникам серьезные поражения. Объектом нападений становился даже Нанкин. Чжэн Чэнгуну удалось наладить взаимодействие с другими силами сопротивления.
