Естественно, что один из лидеров Комсомольского движения 1980-х гг. Ху Яобан[7] (???) сравнил Кан Шэна с Дзержинским или Берия — таковы глубокие исторические корни противостояния Шаньдуна и комсомольской элиты пояса реки Янцзы — провинции Аньхой.
«Борец» вновь становится полезен Мао в ликвидации возросшего после освобождения Китая влияния Народно-освободительной армии, опиравшейся на помощь из СССР. Мао пытается создать противовес армии, наращивая вес китайской контрразведки, которую вновь возглавляет Кан Шэн, не замеченный в симпатиях к северному старшему брату.
Уже в 1958 г. литератор становится главным редактором четвертого тома «Избранных сочинений Мао Цзэдуна», что в стране поклонения письменной традиции считается особым статусом приближенного к духу вождя лица. Письменные упражнения Кан Шэн в 1962 г. уже продолжает в качестве главы Секретариата ЦК — главы личной канцелярии, аналоге российской администрации президента при Мао Цзэдуне.
Эффективная тактика созидания нового царства Лу писалась крупными бордовыми мазками, однако это не была лобовая атака Кан Шэна против всех групп одновременно. Тихий незаметный палач при грозном царе стравливал одну самую крупную группировку с другой, уничтожая их силы, истраченные в войне против друг друга. Явный региональный аутсайдер Шаньдун к концу Культурной революции стал одним из политических центров Китая. На первом этапе Кан Шэн фактически уничтожил руками Мао своего конкурента Ван Мина. На втором этапе, который сторонние силы расценивали как попытку Мао удержаться у власти, создав стихийный бунт, Культурная революция объективно уничтожала режим военных правителей регионов — бывших командующих войсками, поднявшихся из низов и взращенных советскими военными советниками, а ныне полновластных генерал-губернаторов китайских субэтнических центров и выдвиженцев военных субэтнических кланов, — Кан Шэн дробил и перемалывал Новый порядок, уничтожал советских лоббистов, торпедировал сталинскую модель развития экономики, моделируя для будущего Китая его детский образ просвещенной монархии Цин — с родовыми поместьями, уничтоженными «выскочками студенческого движения». Правдой будет и то, что целый ряд бывших детей крупных помещиков, включая шанхайца Чжоу Эньлая, хунаньца Мао Цзэдуна и многих других, вели разрушенный Китай к привычной с детства модели жизни.
Возвращение Кан Шэна в контрразведку связано с борьбой Мао против просоветского маршала Пэн Дэхуая — и кажется, уже выброшенный на периферию шаньдунский князь возвращается в большую игру и к 1966 г. вновь избирается членом Политбюро[8]. Советник группы по делам Культурной революции умело организовывает ликвидацию сильнейших групп в Партии — просоветских хунаньских армейцев Пэн Дэхуая, проамериканских социал-демократов «комсомола» Лю Шаоци, сычуаньских армейцев Дэн Сяопина и Ян Шанкуня, хубэйских армейцев Линь Бяо. Маргинальная, периферийная группа Шаньдуна, выброшенная после Синьхайской революции на задворки новой политической истории Китая, стремительно набирает вес и уже к 1973–1975 гг. начинает руководить внешней политикой Китая, формируя китайско-германско-японский союз — воплощая в новой трактовке широко обсуждавшуюся в публичной сфере идею
Как и Ван Цишань, Кан Шэн занимает высший пост в своей карьере — заместителя председателя КНР (в августе 1973 г.) и фактически правит на двоих с Цзян Цин до своей смерти 16 декабря 1975 г.
