Кэбот промолчал, задумчиво тряхнув головой.
— Но ведь это должно было защитить меня, чтобы меня не приняли за нарушительницу запрета рабыням прикасаться к оружию, и что все ясно могли понять, что я только собственность, просто что-то, что может быть использовано согласно надобностям войны. Разве не так?
— Конечно, — согласился Кэбот. — Но даже если не было бы таких соображений, я все равно поступил бы с тобой подобным образом.
— Повели бы с позором на поводке, нагрузили бы сверх меры и беспомощно заковали в наручники? — спросила Лита.
— Да, — подтвердил Кэбот, — как только я решил взять тебя с собой.
— Но, почему, Господин?
— Для твоего опыта, — ответил он, — и моего удовольствия.
— Вы хотели видеть меня такой, — поняла девушка.
— Да, — кивнул Тэрл, — это должно было помочь тебе прийти к лучшему пониманию своей неволи. Но со своей стороны, я нахожу, что мне доставляет огромное удовольствие иметь красавицу в моих узах, беспомощную и зависимую от моего милосердия.
Быстро, пораженная задыхающаяся девушка бросилась на колени перед своим владельцем, склонила голову и принялась осыпать его ноги поцелуями, снова и снова, медленно поднимаясь к коленям и бедрам.
— Было ли это поучительно? — осведомился Тэрл.
— Это отлично преподало мне мое рабство, — ответила она.
— Это хорошо, — кивнул ее хозяин.
— Но также, Господин, — прошептала Лита, — я почувствовала себя очень рабски!
— Хорошо, — повторил он.
— И я осознала себя необыкновенно вашей, — призналась бывшая мисс Пим. — Мой живот скручивало, мои бедра горели. Я вся горела!
— Я знаю, — улыбнулся Кэбот.
— Но теперь я должна буду следовать за вами свободно? — спросила она.
— Да, — ответил ее владелец. — По крайней мере, пока.
Грендель поделил стрелы.
— Но почему, Господин? — не отставала девушка.
— Потому, Лита, — вздохнул Тэрл, — что хотя Ты и в ошейнике, Ты все равно остаешься очевидно человеческой женщиной.
— Конечно, Господин, — озадаченно сказала она.
— Это имеет отношение к сообщению, — пояснил Лорд Грендель.
— Твои наручники, поводок и даже ошейник, — сказал Кэбот, — больше не являются для тебя защитой.
— Сообщение, — добавил Грендель, — было ясным.
— Но о чем там говорилось? — снова спросила Лита.
— «Убить всех людей», — перевел для нее Лорд Грендель.
— Возможно, мы не переживем этот день, — предупредил ее Кэбот.
— Люди в безопасности с повстанцами, — сообщил Грендель, — поскольку те расценивают их как союзников или как нейтральных, но кюры с фиолетовыми шарфами будут убивать всех людей, которых увидят.
— Почему? — удивилась рабыня.
— Они — подозреваемые, — развел руками Грендель, — и если убить их всех, то будут убиты и те, кто мог поддерживать восстание.
— И в особенности одного из них, или двоих, — с горечью сказал Кэбот.
— Точно, — кивнул Грендель, убрав часть стрел в свой колчан, а остальные связывая в пачку, чтобы удобно было нести в руке.
— Что насчет человеческого скота? — осведомился Кэбот.
— Они тоже люди, — пожал плечами Лорд Грендель.
— Я должен попытаться спасти их, — заявил Кэбот.
— Они — мясной скот, — напомнил Грендель.
— Но они все равно люди, — сказал Кэбот. — А куда Ты сам собираешься?
— Леди Бина, — ответил Грендель, — тоже человеческая женщина.
— Забудь о ней, — простонал Кэбот.
— Я не могу, — развел руками он, — и не смогу.
— В таком случае, я скорее всего тебя больше никогда не увижу, — вздохнул Кэбот.
— Желаю тебе всего хорошего, — сказал Лорд Грендель.
— И я желаю тебе всего хорошего, — ответил Кэбот.
Рабыня склонила голову и, нежно поцеловав ногу своего господина, подняла на него взгляд.
— Мы можем не пережить этот день? — спросила она.
— Я не знаю, — пожал плечами Кэбот.
— Вчера вечером Вы подарили мне огромное наслаждение, — призналась девушка. — И я теперь не больше, чем рабыня.
— Такие вещи обычно делаются с рабынями, — сказал он.
— И рабыня благодарна вам за это.
— Я был доволен тобой, — кивнул Кэбот.
— И рабыня благодарна господину и за это тоже, — прошептала Лита.
— А Ты знаешь, как называют тот вид наслаждения, которое Ты испытала? — поинтересовался ее хозяин.
— Да, Господин, — улыбнулась она.
— И как же? — уточнил Тэрл.
— Радость ошейника, — ответила рабыня.
— Вы слышали? — спросила Лита.
— Слышу, — кивнул Тэрл. — Это слин.
— Это ведь животное, да? — уточнила она.
— Насколько я понимаю, Ты никогда не видела ни одного из них, — сказал мужчина.
— Нет, — подтвердила Лита. — А они опасны?
— Они бывают дикие, бывают одомашненные, но опасность представляет любая разновидность, — ответил он.
— Мне кажется, что так могут выть от боли, — поежилась девушка.
— Да, — согласился с ней Кэбот. — Это может быть раненный зверь, порванный или умирающий.
— Звук идет оттуда, — указала она.
— Осторожно, — остановил ее Кэбот.
