— Проводите ее ко мне, — попросил Ахмеров.
«Интересно, что привело старушку к нам в столь ранний час?» — подумал он. Как ни опытен был в своей сфере капитан Ахмеров, но никак не ожидал того сюрприза, который преподнесла ему бабушка Журавлева.
Она вошла в кабинет с небольшим черным чемоданчиком.
— Не он! — сказала Журавлева, оборачиваясь к дежурному, приведшему ее в кабинет Ахмерова. — Не он у меня был.
— Это неважно, — отозвался Ахмеров. — Лейтенант Ковалев был у вас по моему заданию. Он скоро придет. Я вас слушаю.
— Возьмите, — сказала Журавлева, ставя чемоданчик на стол Ахмерова.
— Что это?
— Да облигации эти... Постояльца моего убиенного.
Ахмеров открыл чемоданчик. Там лежало несколько пачек облигаций, перевязанных шпагатом.
— Как они к вам попали?
— Да он сам отдал на хранение. А я, старая, грех на душу взяла... Думаю: убили человека, и никому его богатство не нужно. Пусть, думаю, у меня останется. Внучка скоро замуж выходить будет — ей отдам. Бес попутал...
— А теперь почему же раздумали?
— Все думаю, думаю... Ну, убил этот душегуб моего квартиранта. Что ж вышло? Какой прок? Его убил и себя, считай, загубил ни за понюшку табаку. А я, старая, на эти бумажки позарилась. Вроде бы украла их. А разве краденые деньги счастье принесут? Хотела сразу к вам идти, да все боязно. Уж вы возьмите их у меня. Виновата, не отпираюсь...
Евдокия Сергеевна вскрыла голубой конверт и обрадованно воскликнула:
— Миш, ты только посмотри: Толик Бирюков приглашает меня на свадьбу!
— Это какой Толик? Кочегар?
— Он самый. Батюшки, как время-то летит! Вот уж и Толик до женитьбы дорос...
Толик Бирюков... Непутевый мальчишка, которому ребята дали кличку Кочегар. Кличка была не случайной. Она родилась в то утро, когда на глазах изумленных школьников, пришедших на занятия, женщина-милиционер вывела Бирюкова из школьной кочегарки. Был он измазан пылью, взлохмачен и хмур.
— Кочегара ведут! Эй, кочегар! — звонко крикнул кто-то из школьников.
Так и прилипла к мальчишке кличка.
А до этого Анатольку Бирюкова несколько дней разыскивали все: родители, милиция, старшеклассники и даже пенсионеры.
Сколько лет прошло с тех пор, когда Евдокия Сергеевна Скачкова впервые увидела Анатолия Бирюкова? Он тогда учился в седьмом «В». Ему, стало быть, шел пятнадцатый год. С тех пор прошло по меньшей мере шесть лет. А как свежо помнятся события той поры! И лицо Анатолия Бирюкова — вот оно, будто вчера его видела. Измазанный углем и золой, он стоит в детской комнате милиции и упрямо твердит:
— Не пойду домой! Не хочу!
— Куда же ты хочешь, Толик?
— Пошлите меня в колонию.
— Туда же посылают преступников.
— А я совершу...
Таким был первый разговор.
И вот они в квартире Бирюковых. Дверь ей открыл подросток лет пятнадцати, ровесник Анатолия.
— Ты Толин друг?
— Я его брат.
— Брат?
Между ними — решительно никакого сходства. Анатолий коренаст, голубоглаз, русоволос. А этот длинный, хрупкий какой-то. Волосы черные, глаза карие, кожа смуглая.
Видимо, перехватив недоуменный взгляд Скачковой, парень пояснил:
— Я сводный брат. Григорий.
Он повернулся к Анатолию и весело рассмеялся:
— А ты даешь! Весь город тебя ищет...
Она пришла к Бирюковым еще раз, вечером. Разговор был долгий, но бесполезный. Родители считали, что Анатолий увлечен романтикой. Бредит путешествиями. Ну, а если все это кончается ночевками в кочегарке — что ж, и так бывает...
Старший инспектор районного отдела милиции Скачкова шла от них в глубоком раздумье. Что дал ее визит к Бирюковым? Ничего. Почему Анатолий так не хотел идти домой? Неизвестно. Детская романтика? Нет, романтикой тут и не пахло.
А через три дня Скачковой позвонил завуч школы и сообщил, что Анатолий Бирюков опять в бегах...
В душе Скачковой поднялась досада. Как же это она, опытный работник детской комнаты милиции, не сумела разгадать причину недовольства Бирюкова? Да и чем он недоволен, в конце концов? Семьей? Школой? От чего он бежит и куда бежит?
Евдокия Сергеевна решила, как говорится, нажать на все педали. Наружной службе милиции и дружинникам дали указание присматриваться к подросткам, им сообщили приметы Бирюкова. Кроме того, Скачкова, собрав около двадцати девчонок и мальчишек — юных друзей милиции, включила в поиск и их.
Первый сигнал подали именно они: увидели Анатолия в кафе. Потом Бирюкова заметили на рынке. Он был не один. С ним шныряли два таких же подростка. Его выслеживали возле кинотеатров и магазинов. С электрическими фонариками лазили по подвалам и чердакам. Скачкова приходила домой поздно. Торопливо сбрасывала испачканное платье, принимала ванну, потом в тоскливом одиночестве ужинала на кухне (муж уже привык к тому, что она задерживается на работе допоздна) и шла спать.
Анатолия нашли на девятый день. Инспектор милиции привел его в детскую комнату, спросил у Скачковой:
— Этот?
— Он самый, — подтвердила Евдокия Сергеевна. А когда инспектор ушел, сказала:
— Садись, Толя, поговорим.
Паренек сел и горько заплакал. Он размазывал слезы по грязному лицу и никак не мог унять тяжелых, безутешных рыданий.