Двадцать три погружения совершили с судна «Дипвотер-2» двенадцать водолазов-глубинников. На судне они находились в трех барокамерах с последующим периодом декомпрессии двенадцать суток. На глубину 215 метров отправлялись в водолазном колоколе, который был оборудован специальным устройством, которое, компенсирует при волнении раскачку колокола и обеспечивает нормальное погружение. Далее — до крейсера — водолазы погружались самостоятельно, по двое, неся за собой целую систему жизнеобеспечения из трубопроводов и кабелей; с их помощью подавались дыхательная смесь и вода для обогрева, велись связь, телевизионный осмотр, освещение объекта и другие работы. Применялись эластичные водолазные костюмы мокрого типа с водяным обогревом до 75 градусов. Дело в том, что когда человек дышит гелиокислородной смесью под соответствующим давлением — в данном случае 23,5 атмосферы, — он начинает мерзнуть даже при 35 градусах. К тому же в придонных слоях низкие температуры. При ведении работ третий водолаз для страховки находился в колоколе.
Как известно, в море судно дрейфует под воздействием ветра, волн, течений. Чтобы удержать корабль без якоря в нужной точке, на борту «Дипвотер-2» была установлена система динамического позиционирования, которая по сигналам двух гидроакустических буев, опущенных на глубину, определяла отклонение судна от крейсера. Обработав эти данные, ЭВМ давала команду подруливающим устройствам, удерживающим «Дипвотер-2 в заданной позиции. И все же при сильном шторме, когда скорость ветра достигала 22 метров в секунду, погружаться было нельзя.
По документам после первой операции на крейсере оставалось 34 золотых слитка, без учета предполагаемой второй партии золота. Во время второй операции было обнаружено и поднято два.
Остальные пять, находившиеся в носовой части артиллерийского погреба, разнесенной снарядом во время боя, бесследно исчезли среди искореженного металла. Это подтвердил и телевизионный осмотр объекта.
Расположенные в непосредственной близости от золотого груза боеприпасы — снаряды различного калибра, мины, гранаты, патроны — к счастью, не помешали работам.
От мазута, вытекшего из топливных танков, поднятые слитки отмывали керосином, возвращая им благородный блеск. Общий вес спасенного во второй экспедиции золота составляет 345 килограммов. Оно оценивается примерно в 3 миллиона фунтов стерлингов.
В ходе двух экспедиций, названных в зарубежной прессе «операцией века», с крейсера «Эдинбург» на поверхность было извлечено 99 % от примерно пяти с половиной тонн драгоценного металла. За последнее время это наиболее удачная крупномасштабная операция по поиску и спасению затонувших сокровищ.
С учетом всех обстоятельств можно сказать, что такие сложные глубоководные работы выполнялись свободно плавающими водолазами впервые.
После успешного завершения операции спасенный золотой груз был разделен на борту «Дипвотер-2» между Советским Союзом и Великобританией в оговоренной пропорции; обе стороны должны отчислить по 45 процентов своей доли в пользу фирмы, поднявшей со дна моря драгоценный груз.
Десять слитков на борту «Дипвотер-2» отправились в Англию. Девятнадцать были перегружены в Баренцевом море — с помощью телескопической стрелы двумя партиями (для уменьшения риска) — на советское судно.
(В. Мерцалов. Золотой груз «Эдинбурга». — «Вокруг света», 1987, № 4)
За пять месяцев до капитуляции фашистской Германии Гитлер, по утверждению одного из его приближенных, заявил в узком кругу: «Мы окончательно побеждены… будущая война уничтожит Европу в течение одного дня. Если наш народ избежит истребления, именно ему предстоит подхватить факел цивилизации и воссоздать западную элиту. Я хочу оставить сокровища для возрождения будущего Великого рейха».
Неизвестно, действительно ли говорил это Гитлер, до последней минуты продолжавший надеяться на «секретное оружие» и на внезапный перелом в ходе войны. Но зато достоверно известно, что гитлеровцы действительно прятали награбленные ими сокровища. И не только в швейцарских банках… Прятали в горах, в пещерах, на дне озер, зарывали в землю. Это породило множество детективных историй…
Эта история началась в Берлине, в середине 1942 года, в кабинете на Лейпцигерштрассе. В обстановке полнейшей секретности два человека подписали документ, похожий на договор между двумя державами.
Собственно, это и были властители двух могущественных держав: хозяин кабинета — Генрих Гиммлер, возглавлявший войска СС, и его гость Вальтер Функ — президент Рейхсбанка Германии. Они договорились, что эсэсовцы будут передавать захваченные ценности в кладовые Рейхсбанка.
С того дня в подземелья Рейхсбанка потекли золотые реки. Комендантам концлагерей предписывалось вырывать изо рта заключенных золотые коронки, начальникам гарнизонов — отнимать у жителей городов и сел золотые серьги, броши, кольца, забирать при обысках серебряные ложки, облагать население поборами под угрозой расстрела заложников.
