С охранными отрядами СС были тесно связаны гестапо — государственная тайная полиция, а также служба безопасности — СД. В 1942 году гестапо и СД были объединены под эгидой РСХА — имперского управления безопасности. Начальником РСХА был назначен генерал СС и шеф гестапо Эрнст Кальтенбруннер. Он лично отвечал за передачу в Рейхсбанк ценностей в соответствии с соглашением «Гиммлер — Функ».
Примерно в это же время в гестапо и СД родилась идея торпедировать экономику союзников «бумажным оружием». В 1943 году была начата операция «Бернхардт».
РСХА была придана «техническая группа» во главе со штурмбаннфюрером СС Бернхардтом Крюгером. В концентрационный лагерь Заксенха-узен были привезены самые квалифицированные граверы Европы. Они должны были изготовлять печатные формы для фабрикации фальшивых английских банкнот.
В огромной лаборатории изучались химический состав, плотность и структура бумаги, которую применяет английский банк. Рецепты этой лаборатории пересылались на три бумажные фабрики. На одной из них приготовлялась бумажная масса, на второй производилась бумага, на третьей она проходила окончательную обработку.
Английский банк через неравные промежутки времени меняет серии и номера денежных знаков. Определенные номера отвечают лишь определенным сериям, а серии, в свою очередь, соответствуют датам, стоящим на каждой купюре. Эту чрезвычайно сложную систему должна была расшифровать группа ученых-математиков, прикомандированных к гестапо.
В лагере Заксенхаузен построили два новых каменных барака — 18 и 19. Здесь узники резали бумагу, работали на печатных станках и вели специальную обработку «готовой продукции», в результате которой новеньким фальшивым банкнотам придавался вид неоднократно побывавших в кошельках и кассах.
Итак, Крюгер должен был фабриковать миллиарды фальшивых фунтов стерлингов. Распространение же их было поручено бывшему адъютанту Кальтенбруннера Отто Скорцени, возглавившему в 1943 году «специальную школу Ораниенбаум», расположенную в охотничьем замке Фриденталь в часе езды от Берлина, — настоящий «университет» для убийц, где курсанты обучались технике убийств и диверсий, прыжкам с парашютом и подводному плаванию. Здесь же будущие агенты проходили специальную психологическую обработку: их отучали от чувства сострадания, от привязанности к родным и близким. Эти чувства заменяла идея преданности Гитлеру и величия смерти во имя фюрера. Чтобы секреты гестапо не стали известны противнику, агент, захваченный в плен, обязывался немедленно покончить с собой. Поэтому в «школе Ораниенбаум» обучали и технике самоубийства.
О ходе операции «Бернхардт» знал очень узкий круг лиц: шеф гестапо Эрнст Кальтенбруннер, его адъютант Хаттль, Скорцени, Крюгер и еще два-три человека, в том числе финансовый эксперт операции эсэсовец Швенд.
Изготовление фальшивых денег имело три главных цели. Во-первых, в большинстве стран немецкие марки не принимались как средство платежа, английские же фунты стерлингов ценились высоко. Под руководством Швенда на черных рынках Германии и нейтральных стран на фальшивые деньги скупались золото и иностранная валюта. Эти ценности Кальтенбруниер сдавал в кладовые Рейхсбанка.
Во-вторых, миллиарды фальшивых фунтов намечалось пустить в обращение на территории Великобритании, ее союзников и нейтральных государств, связанных с нею торговыми отношениями. Это должно было привести к краху банков и фирм, к дезорганизации торговли, разорению тысяч людей, короче говоря, к экономической катастрофе Великобритании.
Но для такой цели фальшивые деньги должны были совершенно не отличаться от подлинных. Этого удалось достигнуть — увы — слишком поздно, только в 1945 году. До тех пор опытные эксперты в швейцарских Санках отличали немецкие фальшивки от настоящих банкнот. Но и эти фальшивки не пропадали. Эти «деньги» имели третье назначение: их расходовали на содержание агентурной сети. РСХА требовало огромных средств; услуги немецких агентов с 1943 года, по предложению Хаттля и Швенда, стали оплачиваться фальшивыми купюрами.
В последних числах декабря 1943 года над одним из пустынных уголков Южного Ирана появился самолет без опознавательных знаков. Сделав круг над местностью, самолет выбросил четырех парашютистов — гауптштурмфюрера СС Курмиса, двух эсэсовцев и переводчика. Курмис был, что называется, «человеком с биографией» — он уже отличился в Литве в роли палача. Двое его помощников прошли обучение в Фридентале. Переводчиком был иранец, привлеченный за какое-то преступление, но бежавший от суда. Все четверо получили задание проникнуть на коммуникации англичан и поджечь нефтепромыслы.
