— В шакала запусти — он у нас тут ответственный за санитарию, — ухмыльнулся Вячик, снимая с плеча связку тоже палок, но равномерно плавно изогнутых — словно их кто-то специально такие подбирал.
Саня сбросил третью связку с самыми разными на изгиб деревяшками — она сразу и развалилась, едва ударилась о землю.
— А Кубья где? Вы же вместе были?
— Он погиб. Вчера… или позавчера… путается всё в памяти.
— Тогда рассказывай подряд. Вот покричали вы с другого берега, повернулись, да и пошли. Что было дальше?
— До вечера нам никого не встретилось. Только зверьё разное попадалось на глаза, вдалеке обычно. Вечером мы насобирали дров и переночевали. А утром вышли на берег озера. Вода в нем оказалась очень даже тёплая, и мы полезли купаться. Я-то далеко заплыл, а Кубья поплюхался у берега и вылез на сушу. Тут его и загрыз вроде как тигр — кинулся прямо из травы. Или из кустов.
— Так вы без трусов купались? — уточнила Ленка.
— Ну да — нет ведь никого, стесняться нечего.
— Так, выходит, ты не вернулся к одежде?
— Нет. А вдруг этот тигр всё ещё там! На другой берег переплыл и лесом, лесом. Заплутал спервоначалу, ногу наколол, а уж потом выбрался на дорогу и по ней вышел сюда. Ночевал на дереве. Или на деревьях. Не помню уже, сколько дней.
— Ладно. Лезь в домик и отсыпайся. Галь! Потрогай ему лоб — может его тоже прихватило?
— Лучше я, — встряла Любаша. — У Галки опять температура — она такого натрогает!
— Блин! — сокрушённо всплеснул руками Вячик. — Ещё одежда, обувь. Ничего же нет!
— Завтра ты, я и Саня на рассвете выйдем и поищем это озеро.
— Я с вами! — вскинулась Ленка.
— Да? А на кого тогда лагерь останется? Нет уж, мне неспокойно станет, если я ещё и тебя отсюда уведу. Пошли ребята, устроим эти дрова на просушку, — подхватив связку гнутых палок, вождь двинулся по тропе к поваленной сосне. Вячик и Саня потопали следом.
— У вас тут дисциплина, да? — озадаченно спросил Серый.
— Да! И ещё господин назначил меня любимой женой, — ответила Ленка. А Люба фыркнула.
— А почему вы делаете ножи из полевого шпата? — поинтресовалась Галочка, заглянув в горн, на котором ребята нагревали заготовку для молотка.
— Откуда ты знаешь это название? — недоверчиво спросил Вячик.
— Его добавляют в глину для некоторой керамики. Говорят, что для легкоплавкости. Мы его на кружке подсыпали к замесу, только сначала мелко толкли. Он не очень прочный, и довольно хрупкий, кстати.
— Зато его тут много, — объяснил Саня. — Прежде, чем перейти к работе над настоящими камнями вроде кремня или этого, прозрачного… ты не знаешь, как называется? — он показал на лежащее рядом рубило.
— Не. Я в камнях не секу. Это Лариска про всякие самоцветы и знаки Зодиака любит. От чего защищает там, чему соответствует.
— Так ты говоришь, что полевой шпат легкоплавкий? — насторожился Веник.
— Ну, по сравнению с другими камнями, наверное. А так, чтобы нагрел и вылил — это вряд ли. То есть, запросто не получится.
— Может, ты температуру помнишь, или хоть какой-то намёк? Сравнение с металлом, вроде меди или серебра? — попытался выяснить хоть что-то Саня.
Девочка пожала плечами и отошла.
— Проверим? — глаза «ученика кузнеца» загорелись неожиданным азартом.
— А как? — взвился Вячик.
— Ну, есть только один способ. Но нужно очень много дров и долго сильно махать.
— Вот зараза! А ведь мы по ближней части тропы всё, что наломали мамонты, уже выбрали. Это куда переться придётся! — вздохнул Вячик.
— Галь. Кликни Серого, — распорядился вожак.
— Ага. Сейчас разбужу, — девочка занырнула в убежище.
— И рубашку ему мою отдай. А то страшно смотреть, как плечи у него обгорели.
— Жалуешь направо и налево с царского плеча. И треники, и пиджак, теперь вот ещё и рубашку, — рокотнул Саня. — Пусть мою куртку наденет.
Горн немного перестроили так, чтобы подавать воздух в него можно было с трёх сторон, а с четвёртой заталкивать дрова. Устроили на кусочках гранита несколько чуть отличающихся друг от друга по внешнему виду кусочков полевого шпата, вооружились пластинами древесной коры и… больше часа Вячик подпихивал в огонь палки, а трое парней махали, нагнетая в пламя воздух. Ресницы и брови опалили все. А потом отошли в сторонку и стали ждать, когда остынет.
— Рыбки бы наловили к ужину, экспериментаторы, — появилась из убежища Ленка. Вот, держите корзинку. Только аккуратней с ней, а то она и рассыпаться может. Держите её под дно и не вздумайте бросить. И ещё на обратном пути глины прихватите — там, около тропы, раскопано — увидите.
— Ой! А откуда тут грузило? — спохватился Вячик, принимая в руки удочку.
— С Саниного кольца для ключей брелок. Он с отверстием, так что было удобно закрепить. И поплавок из пера Галка сделала. Культур-мультур, однако.
Ребята спустились под откос и по тропинке в не слишком высокой, но густой траве, подошли к водной глади. Вячик отдал удочку Сане, разулся и по мокрому стволу упавшего в воду дерева стал неторопливо пробираться в сторону утонувшей вершины. Примерно на середине ствола, на полпути между комлем и кроной, он приостановился и некоторое время перетаптывался, выбирая устойчивое положение.
