Мне дали охотничью двустволку серьезного, почти слоновьего калибра. Оружие мощное, но дешевое — приклад обработан кое-как, металл явно подгонялся грубым напильником. Оружейник — лысый, покрытый шрамами невысокий тип — показал мне нарисованный на стене небольшой круг.
— Туды стреляй, — сказал он.
Расстояние было метров пятьдесят, я бабахнул и попал. Грохот в закрытом помещении пошел жуткий, но никого из присутствующих это не смутило. Люди, видать привычные.
Я выстрелил из второго ствола и тоже попал. Приклад больно стукнул меня в плечо, но я не подал вида — надо же как-то зарабатывать уважение!
Через полчаса я расстрелял двадцать патронов. Точнее, девятнадцать — с одним вышла осечка. Попал все под одобрительное кивание оружейника. Нормально, мол.
Потом я вернулся к мужику, с которым разговаривал в самом начале. Он записал меня в толстую амбарную книгу.
— Завтра в четыре утра чтоб был здесь. Выезжаем мы всегда рано, потому что надо успеть вернуться засветло, ночью в зоне погибель. Не явишься — больше сюда не приходи. Ясно?
Конечно, сказал я, попрощался и отправился бродить по городу — времени-то еще полдня до заката. Зайдя в магазин, купил себе походную одежду — показывать свои сверхдорогие защитные шмотки я пока не хотел.
Подумав, приобрел еще парочку ножей — один большой, тяжелый, с лезвием под тридцать сантиметров, и второй поменьше. Без ножей сталкеры точно никуда не ходят. Пригодятся наверняка. Ну и, войдя во вкус, сумку-вещмешок, спички и что там еще полагается иметь в наборе для выживания.
…Проснулся я в три часа ночи, благо в квартире были часы-будильник. Солнце показываться еще не думало, а я уже спускался по лестнице с вещмешком за спиной.
На месте оказалось, что я, хоть и рано вышел, пришел последним.
У ангара стоял грузовик, а около него в ночной темноте виднелось больше десятка фигур разного роста. Самым крупным был наш главный — главарь «лучников» Прохор. Дядька под два метра длинной и в плечах почти столько же. Здоровый тип, короче.
Его заместитель Антип, тоже не мелкий, едва доставал ему до плеча. Еще с нами должен поехать пожилой Игнат, человек редкой профессии (таксидермист), и девять других — пять таких же, как я, новичков и четыре опытных сталкера. Еще один новичок, как выяснилось, не явился, предположительно запил. Может, это спасло ему жизнь, подумал я.
Главный построил нас в шеренгу.
— Сейчас едем к «зоне», — прорычал он. — Делать что-то только по команде — моей или Антипа, а если нас нет — кого-то из этих четверых!
Оказалось, что вся речь обращена только к новичкам.
— Кто ослушается — пусть пеняет на себя! Зона — место не опасное, а смертельно опасное! Никаких рассуждений, что сказали, то и делаем! Поступил приказ снять штаны и бегать по кругу — снимать штаны и вперед! Думать, зачем это, будете завтра! Если выживите, конечно.
Выпятив подбородок, Прохор оглядел нас испепеляющим взглядом.
— Помимо адских существ в зоне полно других неприятностей. Земля может стать болотом, в которое провалишься с головой, камни могут ожить и откусить ногу, а легкий ветерок превратится в черный вихрь, который поднимет тебя в воздух, а потом бросит вниз с высосанными внутренностями. Поэтому от группы не отходить!
Затем нам раздали оружие — мне досталась вчерашняя двустволка и к ней сорок патронов. Примерно такие же ружья получили и остальные. Старые члены банды были вооружены и получше нас — помимо винтовок в кобурах у них лежали крупнокалиберные револьверы.
Мы залезли в грузовик. Начальник и заместитель — в кабину, остальные — в открытый кузов, и мы поехали по ночным колдобинам города Мурманска, сопровождаемые взглядами редких прохожих и совсем редких полицейских. Под ногами в кузове лежали мешки с длинными веревками и крючьями. Интересно, зачем они.
Через полчаса автомобиль миновал окраины. Дальше началась дорога совсем разбитая, на которой машина подскакивала в воздух каждые сто метров. Вдоль дороги шла степь, потом ее сменил лес, затем началась снова степь и меловые холмы.
Машина проехала мимо двух заброшенных деревушек, один в один с теми, что стояли у железной дороги. Ни человека, ни огонька. Половина домой в одной была когда-то сожжена. В кузове все сидели молча, не проронив ни слова.
Затем солнце поднялось над горизонтом, мир посветлел и настроение немного улучшилось.
Ближе к шести утра машина остановилась и Прохор скомандовал вылезать.
Остановились мы очень интересно — около жестяного знака с надписью «Стой! Дальше начинается ЗОНА!» И клыкастый череп ниже черной краской.
Дорога тут действительно заканчивалась. Автомобили — я так понимаю сталкеровские — доезжали именно до этого места, потому что дальше дорога заросла травой и стала почти не видна. Нам, судя по всему туда и надо. Впереди холмы — где пологие, где с обвалившимися склонами.
А еще я понял, как узнать, где начинается зона, безо всяких предупреждающих знаков.
Небо над в ней в черных тучах. Дождя нет, но небеса темные, будто в ожидании тропического ливня. Тучи кружатся в жутком хороводе, кое-где высоко поблескивают молнии, но грома почти не слышно.
