– Это корветы модели «Лунный меч», проект верфей саргонийского королевства, но устаревший двести лет назад.
– И что, они собираются сражаться этими башмаками с пальдонийцами? – воскликнул пораженный адмирал.
Свадьбу мы сыграли скромную, без лишнего шума и суеты, избегая хмельных празднеств и грубых забав. В этот день я решил пригласить молодых на наше торжество и объявил об этом во всеуслышание. Надо было видеть лица моих гостей. Вирона, осведомленная о месте проведения церемонии, была ошеломлена, а Мадлен сохраняла учтивую маску доброжелательности, склонив голову и тихо промолвив:
– Благодарю за приглашение, ваша милость. Понимаю, что вы хотите отблагодарить моего мужа таким образом.
Я кивнул и громко провозгласил:
– Горько!
Гости в недоумении воззрились на меня. Я поднялся и произнес короткую речь, поведав о старинном обычае моей родины: когда гости кричат «горько», молодые должны целоваться, и поцелуй должен быть долгим. Гости считали: «Один, два, три…» – это символизировало количество счастливых лет, которые предстояло прожить молодоженам.
– Правда, что ли? – удивился Карл. Я кивнул.
Бран, не теряя времени, обнял Мадлен и прильнул к ее губам, словно клещ. Мы хором считали, и когда я понял, что невеста может задохнуться, разрешил им прервать поцелуй.
– Вижу, Бран, твои чувства искренни, – сказал я. – Будешь счастлив сто лет, если проживешь.
Он оторвался от супруги, и я увидел, как ожил этот прежде несчастный человек, как засияли его глаза. Лишь Ведьма была сильно смущена и не знала, куда деть взгляд.
После свадьбы я отправился к своей эскадре и вскоре получил известие от Брыка о том, что флоты Комора и Пальдонии покинули свои базы и прибыли в назначенное место в пространстве. Оставалось лишь дождаться, когда вступит в игру предупрежденный Брыком флот Шлозвенга.
Мы появились в обычном пространстве в самый разгар битвы, когда Комор был зажат с двух сторон. Обе стороны уже понесли потери, но Комор оказался в безвыходном положении, и их командующий не знал, что предпринять. У меня же были свои козыри, которыми я решил воспользоваться. Я мысленно усмехнулся, наблюдая, как мои корабли идентифицируют все три стороны конфликта – старые корветы, давно вышедшие из употребления. Я решил показать им все наши возможности.
На мое требование сдаться мне ответили конфедераты, направив свои корабли на перехват корветов. Я находился под прикрытием массы транспортного корабля в рейдере и дал команду корветам атаковать флот Конфедерации. «Они первые напали», – оправдался я. И тут началось. С невероятной скоростью корветы устремились к пяти кораблям конфедератов, их проворность удивила даже меня, а уж что подумали на кораблях Конфедерации, можно было только гадать. Они запоздало открыли огонь из ракетных установок, понимая, что попасть из кинетических орудий по юрким корветам будет проблематично. Их боевые расчеты приняли верное решение – уничтожить атакующие корабли ракетами. На подлете к целям ракеты теряли управление и, уклоняясь от цели, самоподрывались. А мои корветы целенаправленно неслись к конфедератам, рассыпаясь веером и охватывая флот с двух сторон…
Шыргун покоился в капсуле первого корвета, в то время как его эскадра из трех кораблей устремилась на захват авианосца. Цели были распределены заранее, а управление кораблем осуществлялось искусственным интеллектом. Орк не испытывал страха перед смертью – для него это была мечта, а еще лучше, если удастся обагрить свой меч кровью врага. Несмотря на сильные перегрузки, капсула, оснащенная системой компенсаторов, оберегала его от критических нагрузок. Он ждал сигнал к началу абордажа, ощущая дрожь корабля, который шел на пределе своих возможностей, и его мышцы трепетали в предвкушении битвы.
Наконец, корабль с грохотом столкнулся с бортом вражеского судна, и крышка капсулы открылась. Шыргун был первым, кто покинул свое убежище. За ним, без суеты, поднимались остальные орки. Их движения были настолько стремительны, что обычный человек за это время успел бы лишь зевнуть. Орки уже достигли переходного шлюза, когда автоматические системы вскрытия корпуса начали свою работу. Вскоре образовалась большая дыра, через которую внутрь вражеского корабля устремился дрон-глушилка. Он поразил всех, кто находился в коридоре, ультразвуком и вспышкой электромагнитных волн, выводя из строя электронную аппаратуру. Это произошло за считаные секунды, а затем орки хлынули внутрь.
Один из них держал меч, двое других – пульсары, которые пробивали стены и поражали живую плоть, выжигая электронику и поджаривая людей изнутри. От них не спасали броня и скафандр.
Шыргун знал, что еще два «корвета» прилипли к броне корабля, и их экипаж ворвался внутрь.
