Лагерь взорвался криками, сигналами тревоги и топотом ног. Почти беспамятного Кирсана вытащили из шатра и занесли в палатку мага. Тот зажег светляк, а Кирсан, бешено вращая глазами, мычал и указывал на вход. Он тыкал пальцем, силясь что-то сказать, но из его рта раздавалось лишь невнятное мычание.
– Что с вами произошло? – спросил маг, растерянно заморгав.
– Ты не видишь, на нас напали! – крикнул один из охранников. – Лечи его высочество!
Маг начал накладывать исцеляющие заклинания, дрожащими руками вытаскивая эликсир и давая его выпить Кирсан оле. Вскоре Кирсан начал успокаиваться.
– Я останусь здесь, – сказал он, немного придя в себя. – Ты тоже, – приказал он магу. – Остальные пошли вон. Найдите того, кто пробрался в мой шатер, и допросите охрану. Среди них предатель…
– Никто вас не предавал, ваше высочество, – ответил начальник охраны. – Их всех убили. Одних иссушили, других сожгли огненным шаром. Вы кого-то видели?
– Да, но, возможно, мне показалось… Или нет, не показалось, – ответил Кирсан, дрожа.
– Тут был враг, – пояснил начальник охраны. Он убивает странно, вытягивая всю кровь из жертвы. Скажите, кого вы видели?
– Существо с крыльями и красными глазами, – ответил Кирсан, глядя на мага. – Большой такой… Ты понимаешь, что это может быть?
– Нет, ваше высочество, но я посмотрю в магических книгах. Думаю, это призванное существо. Кто-то сумел вызвать тварь из другого мира и привязать ее к этому месту. Нужно поменять место расположения ставки. Призванные существа обычно не покидают ареал своего обитания, их привязывает якорь призыва.
Окруженный охраной, Кирсан начал успокаиваться и мыслить логически.
– Ты прав, маг. Нужно уходить из этого гиблого места. Передайте командующему, что мы уходим. Найдите мне поселок снежных эльфаров, только чтобы он был пуст.
Начальник охраны поклонился и вышел, оставив Кирсана в тишине. В свете светляка тот начал обдумывать свои дальнейшие действия, понимая, что ему предстоит покинуть это место, где его преследовали кошмары и неизвестная угроза.
Кирсан ола выбрал для своей ставки укромный уголок в небольшом поселке, принадлежащем одному из Младших Домов. Место было защищено от ветров, располагалось на перекрестке второстепенных дорог, но вдали от оживленного тракта, что тянулся с востока на запад. В живописной долине у озера, где раскинулись старые ивы, видевшие множество перемен.
Но Кирсан не стал останавливаться во дворце главы Дома. Он предпочел казарму стражи, где в подвале находилась тюрьма. Это место казалось ему самым безопасным: единственный вход и плотная охрана в коридорах. Ни один маг, ни один враг не смог бы проникнуть в его новые покои.
Весь день Кирсан провел над картой, обдумывая свои дальнейшие шаги. Его агенты, отправленные с предателем Манру-илом, сообщали о бурном развитии событий. Манру-ил собрал значительные силы и намеревался идти на столицу. У него было несколько верных последователей, готовых предать свой народ ради должностей в новом правительстве и возможности грабить остальных.
Кирсан презрительно морщился, читая эти донесения. Его войска не шли к столице – они накапливали силы для удара по Западному перевалу. Он ждал подхода союзников из Леса, чтобы окружить защитников столицы с двух сторон. Кирсан был уверен, что слаженного удара они не выдержат и последний оплот сопротивления снежных эльфаров падет.
За годы тайной работы его агенты смогли посеять семена вражды среди снежных эльфаров, разделить их на враждующие лагеря. Сейчас Кирсан пожинал плоды своих усилий – Дома падали к его ногам, словно спелые плоды. Еще немного, и независимость Снежного княжества будет уничтожена. Само слово «княжество» исчезнет из названий земель, а Снежные горы станут лишь горной провинцией Леса, управляемой верными Лесу снежными эльфарами. Разделяй и властвуй – этот принцип всегда был эффективным оружием Вечного леса против его врагов. Кирсан мечтал о времени, когда слава Леса затмит славу людских государств, и все они склонятся перед первородными детьми Творца. Об орках он старался не думать.
В подвале было жарко. Кирсан снял мундир и позвал адъютанта, чтобы тот принес ему воды. Но никто не отозвался. Раздраженный, он поднялся из-за стола и подошел к двери. Открыв ее, он остановился на пороге. Его адъютант лежал на полу высохшей мумией. На желтом лице когда-то молодого красивого эльфара застыла посмертная маска счастья. Он умер с улыбкой на устах. А то, что эльфар был мертв, у Кирсана не вызывало сомнений. Кирсан ола словно наткнулся на невидимую стену. Мучительно заломило в висках, давление подскочило. Он захлопнул дверь и задвинул задвижку. Страх вернулся, сдавив его грудь ледяными тисками. Паника накатывала, как тяжелая волна, поднятая бурей и обрушившаяся на него с высоты. Ему стало трудно дышать, холодный пот выступил на лбу. В отчаянии он закричал:
– На помощь! Спасите меня!..
