Отработав свою смену, Клавдия отправилась на баркасную станцию. На баркасах можно добраться сразу до метро, а на автобусе придется ехать через весь город. Шторм усиливался, и баркасик качало из стороны в сторону. Капитан заставил одеть спасжилет. Сидя на катушке каната, она думала о ночном происшествии. «Надо будет позвонить в полицию» – думала она. И под проливным дождем и в хлюпающих ботинках побежала по лестнице в метро.
Чтобы высушить ботинки, Клавдия купила на станции «Гамильтонский вечерний листок». Вбежав в квартиру, она развесила мокрую одежду, сняла ботики и приняла душ. По телевизору шел её любимый сериал «Повороты любви». Клавдия рвала газетные листки и пихала их в мокрые ботинки. Краем уха она слушал куда «Поворот любви» повернёт на этот раз. Всё-так шла уже сто тридцать восьмая серия. Её рука зависла над очередным листком. Это были страницы криминальной хроники. «В ночь с 30 апреля на 1 мая в Хазельдорфском парке был обнаружен труп неизвестного мужчины. Что делал незнакомец в пустом парке ночью, полиции предстоит выяснить. Убитый не являлся ни жителем деревни, ни окрестностей. Полиция предполагает, что убитый был вором, который хотел проникнуть в стены замка и был убит соучастниками преступления. Всех, кто может обладать информацией по этому делу, просьба позвонить по тел. + 0 340 980- 35-16». И далее была фотография места преступления: В парке на дорожке был накрыт труп предполагаемого вора. Полицейские осматривали кусты.
Клавдия начала рвать газету и пихать в ботинки, при этом мысли не давали ей покоя: «Что же случилось тогда ночью? Что я видела? Кто был тогда в парке?» Она решила позвонить тёте Эльзе.
– Алло, тётя Эльза, это я. Только что прочла про Хазельдорфский замок. Прошу тебя, не выходи вечером на Штамтиш. Преступника еще не поймали, я волнуюсь за тебя.
– Что ты, Клавушка! Штамтиш отменили. Господин Глотц объявил всем на вечерней службе в церкви, что наши посиделки и игра в петанг отменяется. Все ждут новостей от полиции. Все думают, что это сделали рабочие, нанятые на сезонные работы, которые решили поживиться в замке. Поэтому по вечерам, нас предупредил комиссар, сидеть дома и без нужды не выходить.
Эльмсхорн, где жила тётя, находился дальше Хазельдорфа на шесть километров, но жители обеих деревень знали друг о друге всё, потому что между двумя деревнями располагались общие фруктовые сады. Надо все-таки сказать, что Эльмсхорн был все-таки больше Хазельдорфа и имел даже несколько улиц, Старую мельницу, часовню, две церкви, большой приход и местный музей вишни. Все жители знали друг друга в лицо и самой большой традицией для старшего поколения Эльмсхорна был Штамтиш, на котором собирались все желающие и способные к передвижению пенсионеры. Среди них были в основном прихожане местной церкви. На Штамтише обычно сначала всем наливали вишневой настойки, которой было у всех жителей в избытке или вишневого вина. Заканчивался Штамтиш глубокой ночью с распеванием местных традиционных песен и танцами в деревенском стиле. Тётя Эльза не пропускала ни одного Штамтиша. Всегда тщательно подбирала наряды и просила Клавдию время от времени привезти ей что-нибудь новое.
Ни одна актуальная новость не проходила мимо тёти Эльзы. Кто кого нанял? Откуда взялись жильцы из дома на соседней улице? Что стало с собакой соседки? Абсолютно все подлежало подробному обсуждению и, если надо, порицанию. Но вообще, как говорила тётя Эльза, это всё не её дело. Сама Эльза, будучи медсестрой, уже была на пенсии и проводила своё время у окна в кресле, где вязала, спала или читала местную прессу. С ней всегда была её собака – джек рассел терьер Тэдди и кошка Мася. Дом тёти стоял на главной улице, и вся жизнь маленького городка проходила у неё на глазах. По воскресеньям приезжала её бестолковая племянница. Эльза любила Клавдию, но считала, что родители её не правильно воспитали.
Глава 3.
В среду была не её смена, и Клавдия решила съездить к тёте и узнать, как идут дела. Когда она сворачивала с дамбы к Эльмсхорну, она увидела двух полицейских. Они досматривали выезжавшую машину. Клавдия прибавила темп и на первой скорости мчалась к дому тёти. Уже когда она была у калитки, тётя махала ей рукой из окна. Клавдия отставила велосипед и вошла в дом.
– Добрый день, Клавушка! Добрый день, моя хорошая! Ты не представляешь, что у нас здесь творится! – сразу начала тётя Эльза. – Полиция обыскивает Эльмсхорн. Опрашивает всех подряд, въезд и выезд из деревни запрещен. Везде расклеены листовки с номерами телефонов полиции. И никому нельзя выходить после 17.00 из дома. Что же это такое, я спрашиваю? Как я буду гулять с Тэдичкой? И как мне быть, если мне понадобится ингалятор? Я не могу остаться без моего ингалятора!
–Тётя, ты не останешься без ингалятора, потому что у тебя есть запас в шкафу. С Тэддичкой можно гулять на газоне перед домом.
