– В Санабуле нет рабов. Народ трудится на благо империи, а взамен получает защиту и достаток. Бедствуют только те, кто работать не хочет. Вот умеешь ты, например, шить – можешь открыть собственное дело, выполнять заказы, зарабатывать. А если скопила достаточно золота, покупай дом в столице и живи спокойно. Там красиво! Сабул утопает в цветущих садах! – я заметила, что вой стих, и другие пленницы прислушиваются к разговору.
– Я только и умею, что венки плести, брат научил, – тяжело вздохнула Кьяра.
Кто бы мог подумать, грозный оборотень плетет веночки для сестренки? Мило. Я не удержалась и приобняла девчушку за плечи.
– Так это целое ремесло! Придворные дамы обожают украшать волосы! Сейчас как раз вошли в моду венки из цветов с россыпью драгоценных камней, – подмигнула Кьяре и та улыбнулась.
– Жаль, никогда не увижу Санабул, – девочка тут же поникла, и мне стало грустно.
Повозка пошатнулась и застыла. Тишина. Я прислушалась к глухим шагам и вжалась в стену от страха. Кьяра пискнула, зажала себе рот рукой и задрожала так, что и мне передалась ее дрожь.
Свет резко развеял мрак гнилой повозки, обнажая ее убогость и грязь.
– На выход, – противным скрипящим голосом объявил незнакомый мужик в плаще.
Мы встали и начали медленно двигаться к выходу. Слишком медленно, наверное. В руках мужчины взметнулась плеть, и самая нерасторопная женщина получила удар по спине. Я такого никогда в жизни не видела. Это переходило границы дозволенного! Мы же не стадо овец! Внутри все перевернулось, когда пленница жалобно расплакалась, прикладывая руку к больному месту. Не выдержала и выбежала из повозки раньше других, чтобы помочь.
– А ну пошла! – замахнулся нелюдь, но вместо страха я испытала жгучую ярость. Встала между ним и девушками, с вызовом посмотрела в искаженную ухмылкой рожу.
– Да как ты смеешь поднимать руку на женщину? Грязный трус!
Резкий удар пронзил болью ребро, но я стерпела, даже не вскрикнула. Стиснула зубы и набросилась на гада в попытке отобрать плеть. Но тот ловко увернулся, подставил подножку. Едва не пропахала землю лицом, в последний момент меня подхватила Кьяра. И тут началось такое! Пленницы скопом кинулись на изувера, повалили на землю и обрушили град ударов. Плеть полетела в сторону, послышался треск одежды, крики.
Клейменые из других повозок также кинулись на конвоиров, началась свалка, суета, в которой я потеряла Кьяру.
– Кьяра! – закричала изо всех сил, но голос потонул среди других криков.
Зато наткнулась на Каура. Он уже освободился от пут и бежал в мою сторону, расталкивая людей прочь. Я ринулась навстречу, схватилась за руку, и мы вместе кинулись наутек подальше от парома, ведущего к крепости.
– Кьяра! – затормозила, чтобы найти девочку. Обернувшись, увидела, что Гашар и его свита уже погасили восстание. Бунтовщики лежали на земле и их щедро охаживали плетьми взбешенные конвоиры, а за нами в погоню бросились сразу три мага.
– Быстрее! – оборотень рывком сдернул с места и потащил за собой.
Я очень скоро выбилась из сил и не понимала, как еще держалась на ногах и не расшиблась на острых прибрежных камнях. Мимо пролетали шипящие сгустки пламени, взрывались пульсары и слепили вспышками в считанных сантиметрах от нас. Но Каур и я вместе с ним петляли так, что маги промахивались.
– Стойте! Хуже будет! – кричали за спиной, и от этого мы бежали еще быстрее.
Каменистая пустошь огибала гигантское кладбище, что распростерлось от стен крепости до берегов полноводной Мииды, и уходила вдаль, так, что ни конца, ни края не видно. Мы свернули к реке и подбежали к крутому обрыву.
– Прыгай, Лира!!!
– Я не умею плавать, – только и успела закричать, когда получила толчок в спину и сорвалась в пропасть.
– А-а-а, – летела и прощалась с жизнью. Перед самой поверхностью зажала нос рукой и закрыла глаза. Затем последовал сильный удар о воду и стремительное погружение в темную ледяную толщу.
До дна не достала. Начала барахтаться в дикой панике, ненадолго всплыла, чтобы сделать живительный глоток, и вновь ушла под воду. От страха и холода ногу свело судорогой, и я поняла, что не выберусь самостоятельно. Надолго меня не хватит. Благо, мужские руки подхватили и вытолкнули на поверхность. Вцепилась в Каура мертвой хваткой, а он прижал к себе одной рукой, а другой погреб к берегу.
Как только почувствовала почву под собой, обрадовалась, что жива и все закончилось, но рановато. Огненная вспышка пролетела над ухом и обожгла кожу. Маги раздобыли лодку и уже нагоняли, а другие швырялись пульсарами с противоположного берега. Оборотень подхватил меня на руки и громадными прыжками помчался в лес, где мы затерялись среди густых странных деревьев с листвой ярко-алого цвета.
Каур опустил меня на землю и прижался спиной к массивному стволу. Я прильнула к мужской груди, пытаясь выровнять дыхание, но сердце так стучало, что готово было выпрыгнуть из груди.
