Но оказалось... что Харальд не так уж и всемогущ, что и он всего лишь человек. Да, жестокий, да, идущий к своей цели по жизням других людей, да, король, но не божество, в которое веришь и которому поклоняешься в благоговении. Его боялись, не уважали, проклинали, посему и раскрывать ему глаза на некоторые факты, связанные с деятельностью его брата, никто, даже отпетые холуи и лизоблюды, не спешил: лучше держаться подальше от бешеных собак - целее будешь. Харальд, казалось, все больше сходил с ума: ему везде мерещились заговоры, за один косой взгляд можно было в лучшем случае попасть в тюрьму.
Никого уже не вводило в заблуждение, кто стоит за всеми издевательствами, убийствами, разорением родовых гнёзд. Постепенно пришло понимание, что Пепел – лишь длань, исполняющая приказы, рождающиеся в безумной голове правителя. Знать затихла... В руках Харальда была армия и больше сотни магов, присягнувших королю во время коронации и оказавшихся в такой же ловушке, как и Ольгерд.
Этих магов еще дед Ольгерда начал собирать по всей стране и дал им возможность бесплатно обучаться в Академии: они должны были стать защитой своей страны, а стали ее ужасом...
Маги. Вывезти еще и их за границу значило ослабить страну... Соседи уже начинали косо поглядывать в сторону Хёльда... а подвергнуть родной край еще и разорительному набегу...
И маги остались, точно так же, как Ольгерд, всеми силами выкручиваясь из-под присяги...
Десятка Ольгерда объясняла, учила обходить клятву, прикрывала совсем молодых, забирала в рейды с собой тех, кто постарше, прятала сорвавшихся...
Не все удавалось, как хотелось бы, но серьезных провалов не было.
Ольгерд по-прежнему не разговаривал в присутствии короля, а Харальд, видя такое отношение народа к брату, постепенно успокаивался... Он добился, чего хотел, и теперь только наблюдал, чтобы Ольгерд оставался в рамках дозволенного ему...
А в это время Гуннар метался в поисках герцога Рэнфа. Найти его было безумно сложно, но необходимо, ибо только он мог помочь Ольгерду.
Герцог... Первый помощник и друг старого короля, которому предопределено было завещанием стать регентом. И Гуннар искал... искал и боялся. Боялся ярости, издевки над его просьбой о помощи, отказа.
Искал, пока однажды его не пригласил в гости старый знакомый. Войдя в гостиную, юноша встретился с внимательным взглядом хорошо знакомых глаз... Рэнф.
- Сейчас, мальчик, ты расскажешь мне обо всем...
Когда Гуннар закончил рассказ, он с надеждой посмотрел на Рэнфа.
- Теперь мы сможем свергнуть незаконного короля и освободить Ольгерда?
- Не все так просто, юноша... – герцог Рэнф, задумавшись, отвернулся к окну, - совсем не просто свергнуть короля, которого защищает клятва магов, давших ему присягу... Харальд не так доверчив, как его отец... Так что это будет больше, чем не просто... И еще: если встретишь Ольгерда, не рассказывай ему ничего - король клятвой из него может вытянуть все...
*** Дороги Камии. Цирк.
Сайшес безумно волновался... Сегодня его первое выступление. Его номер в самом конце программы, и сейчас, когда в зале раздаются аплодисменты и довольный смех, он стоя нервно теребит край расшитой яркими перышками туники... Морион заказал для него костюм зарянки – птички, первой встречающей рассвет, и теперь Сайшес так и выглядит...
Золотисто-оранжевая вышивка на тунике и маска, украшенная желтыми перышками, сменяющимися оранжевыми, а дальше – красными.
Скоро, совсем скоро он должен выйти туда... под взоры сотен зрителей, на их суд. Что ждет его там? Как его примут? Страшно... Но Сайшес упрямо тряхнул головой. Он справится. Канат натянут невысоко, Зак сказал, что будет стоять под ним внизу. Значит – бояться нечего.
Самое трудное было, когда погаснет свет, забраться на ощупь на площадку перед канатом. Но Сайшес не боялся - он уже сотни раз проделывал это с закрытыми глазами...
Скоро его выход...
И вот, наконец-то, объявили его номер – «Восход солнца»...
Зак покрепче обнял своего маленького, но такого храброго «орка» и, шлепнув пониже спины, приоткрыл кулису...
Сайшес вздохнул поглубже и шагнул на совершенно темную арену... Он быстро нашел веревочную лестницу и уже через минуту стоял на площадке перед канатом. Так... теперь только дернуть за шнурок, подавая сигнал, что он готов.
Золотистый свет постепенно разгорался под куполом, высвечивая только комок перьев, свернувшийся на маленькой площадке высоко над толпой. Тихая музыка словно навевала сны... Но вот в спокойную мелодию начали вплетаться яркими всполохами мажорные аккорды, и птичка встрепенулась. Показалась рука. Прозрачная ткань широкого рукава затрепетала, словно крыло... Потом вторая рука... Птичка выгнулась, расправляя крылья, и подняла голову. Личико юного канатоходца было скрыто маской, лишь нижняя половина лица была открыта, и счастливая улыбка, казалось, разгоняла темноту. Ещё секунда – и мальчик встал во весь рост.
