“Вы уже вступили” — мрачно подумал Най, поглядев на кучу висящего в пустоте хлама, осколков и пыли, которыми стала “Атлантика”.
— Ну спасибо, Алмаз, — Прошипел Вэйл, — Удружил, паскуда!
Естественно, это он сказал без микрофона. “Искре” же пилот ответил иначе:
— Говорит “Алмаз”. Стыковку разрешаю.
Лорента готова была разорвать Вэйла на куски:
— Ты рехнулся!? Они же решат, что мы захватили корабль!
Пилот крутанулся в кресле и яростно впился в нее глазами. Его самого мало радовала перспектива пускать на борт штурмовиков, но выбора у них не было.
— Конечно, лучше было бы взлететь на воздух, как “Атлантика”! — Развел руками он.
Лорента сложила руки на груди и уставилась куда-то в одну точку:
— Это Чарли их вызвал?
Вэйл стал готовить корабль к стыковке — все так же ругаясь каждый раз, когда не находил под рукой нужной автоматики.
— Думаю, да. Когда решил, что все пошло по бороде, — Отозвался он.
Пилоты на “Искре”, надо признать, были неплохие — на стыковку они зашли аккуратно и быстро, едва ли не лучше, чем это сделал бы Вэйл. По крайней мере, Наю так показалось.
— Тогда зачем они взорвали “Атлантику”? — Не унималась Лорента.
— Наверное, решили, что она и есть захватчик, — Пожал плечами Най.
— Может, получится все объяснить им? — Девушка задумчиво потерла подбородок, — Как-никак, здесь же должны быть бортовые записи — отстыковка челнока, смена курса…
Завершив настраивать автоматику для стыковки, Вэйл поднялся со своего кресла:
— В любом случае они нам не друзья. Так что про Клетку ни слова.
Не забыв о револьвере, Вэйл сунул его в карман и махнул Наю с Лорентой следовать за ним. По пути к стыковочному отсеку ученого раздирали противоречивые мысли — с одной стороны, он был солидарен с пилотом в опасениях к людям, которые так запросто взорвали целый корабль, с другой — если у них с Лорентой и был какой-то шанс спастись от Вэйла, внезапно перешедшего в стан врагов, то назывался он “Искрой”.
К тому же, вероятность того, что при обыске корабля они не заметят Клетку в грузовом отсеке, была равна нулю.
Стыковочный шлюз на “Алмазе” был не в пример просторней, чем на погибшей “Атлантике”, но от этого Наю стало еще неуютнее ожидать своей участи. Слишком яркий свет, слишком много пространства для маневра — если “Искра” захочет, она высадит здесь целый отряд, чтобы их обезвредить.
Впрочем, в этом он ошибся. Никакого отряда не было. Стоило шлюзу наполниться воздухом и начать раздвигаться, как на борт “Алмаза” из него повалил едкий зеленоватый дым — причем, он устремился на корабль таким потоком, что заполнил собой помещение почти мгновенно.
— Лорента! — Най резко развернулся, ища девушку взглядом, — Не дыши!
Сам он к тому моменту уже успел схватить воздуха. Горький газ неприятно разъедал ноздри и туманил сознание похлеще любого наркотика.
Конечно же, его совет ничего не дал — Лорента тоже вдохнула эту дрянь. Последнее, что Най успел сделать, прежде чем она упала — это схватить ее за руку. И последовать за ней.
Боль от удара о железный пол показалась ему какой-то приглушенной и далекой. Да и грохот, с которым упал Вэйл, прозвучал как будто из-под толщи воды — зеленый дым неплохо притупил все чувства.
И все же черные полосы на полускрытых респираторами лицах почтенных сынов, что ступили на борт, он разглядел вполне отчетливо.
Сон мгновенно теряет всю свою прелесть, когда понимаешь, что не можешь проснуться. И тогда он становится тюрьмой.
Най чувствовал на себе это время, проведенное в беспамятстве, чувствовал, как тянутся часы нескончаемой тьмы. Его разум беспокойно метался из стороны в сторону, то и дело вспыхивая образами пережитого, чтобы потом снова вернуться в пустоту.
Кто-то страшно не хотел, чтобы он просыпался. Поэтому, когда его наконец разбудили, Най не сомневался, что находится в окружении врагов.
Он до конца не понял, что заставило его очнуться. Скорее всего, человек с полосами на лице, что сейчас нависал над Наем, загораживая собой весь обзор.
— Вы меня слышите? — Его голос в пустой, но неестественно тяжелой голове отдавался неприятным эхом, — Все в порядке?
Най не спешил отвечать. Склонив набок шею, он выглянул из-за почтенного сына и, к большому своему облегчению, сразу же приметил Лоренту. Она, так же, как он сам, сидела в кресле у стены, накрепко пристегнутая ремнями. Голова ее бессильно свесилась на грудь, а руки безвольно лежали на коленях. Ее еще не будили.
Не было никаких сомнений, что они находятся на корабле — железные стены, глухое эхо, яркий, почти ослепляющий свет корабельных ламп. Вот только это не “Алмаз”. Похоже, их перетащили на “Искру”.
Най сморгнул слезы, что скопились в глазах из-за яркого света, и поднял взгляд на почтенного сына:
— Где мы? Кто вы такие?
Лощеное неприятное лицо почтенного сына искривилось в сладенькой улыбке:
— Не волнуйтесь, все уже позади. Вы в безопасности.
Най не верил ни единому его слову. Увернувшись от руки самозваного спасителя, он вновь оглядел помещение, чтобы удостовериться, что Вэйла здесь не было.
— Где мой товарищ? — Насторожился ученый.