– О господи… Харпер?
Она улыбается.
Я подхожу к забору, похлопываю ее по плечу и неловко целую в щеку. Ее лицо такое же открытое, а широко расставленные глаза по-прежнему напоминают детские. Но она утратила те хитрость и нахальство, которые прямо-таки излучала в юности. Похоже, годы лишают нас всякой уверенности.
Харпер берет меня за подбородок и крутит мою голову в разные стороны. Это довольно странно для человека, с которым мы по всем признакам и понятиям незнакомы. Но это не кажется неестественным. Я тоже не могу перестать ее разглядывать и изучать приметы старения на ее повзрослевшем лице.
– Извини, я уже не очень хорошо вижу.
– Ну, ты совсем не изменился. – Я понимаю, что это очевидная неправда, но ей хватает изящества сказать это искренне.
– Да, обидно.
Харпер смеется, но потом резко останавливается и смотрит на меня.
– У тебя есть все необходимое? Мне сообщили о твоем приезде в последнюю минуту, так что пришлось пополнять запасы второпях.
– Но почему ты пополняешь мои запасы?
– Я тут помогаю людям по мелочам – убираюсь, готовлю, хожу по магазинам. Слежу за летними домами в зимний сезон и так далее. Это довольно просто, много ума не надо.
Я чувствую укол смущения.
– Но ты… Что случилось?
– Ты имеешь в виду с деньгами? – улыбается она. – У меня с семьей… возникли некоторые расхождения во мнениях. Они больше со мной не разговаривают. И я не хочу разговаривать с ними. – Харпер замечает мой взгляд. – После всего случившегося у меня было несколько тяжелых лет. Я вернулась к некоторым дурным привычкам. Появились и новые. Они решили, что с них хватит. На самом деле я не могу их винить. Я вела себя достаточно погано.
– Где ты живешь?
– У воды, ближе к Кастину.
– Рядом?..
– Я особо не могла себе ничего позволить. Это старый дом Пеллетье. Или был. Теперь он мой.
Меня охватывает ужас.
– Харпер! Почему там?
– Не надо, Уайлдер, – тихо, но твердо говорит она. – Это место мне подходит. Оно напоминает о нем. К тому же я сделала его приятным.
В ее британскости появилось что-то супераристократическое, что-то хрупкое и звенящее. Я замечаю это в некоторых из тех, кто осел в Штатах. Их акцент становится более выраженным, а речь все чаще приправляется колоритными фразочками, как будто они боятся, что их идентичность безвозвратно растворится из-за контакта с нами.
– Я думал, что никогда больше тебя не увижу, – произношу я.
И одновременно заговаривает она:
– В общем, я зашла проверить.
Мы оба какие-то дерганые и неловкие и никак не можем нащупать ритм беседы.
– Да уж, никаких изменений. – Харпер отпирает забор и без приглашения заходит в сад. Она запрыгивает на ветку клена и устраивается в изгибе. Тени от листьев пляшут на ее лице. Я понимаю, что она на самом деле совсем не изменилась.
– Заходи внутрь, – приглашаю я. – Посидим. Останься ненадолго.
Она улыбается, и на секунду я снова влюбляюсь в нее без оглядки.
– Почему мы оба снова здесь? – спрашиваю я. – Почему мы с таким упоением себя наказываем?
– Может быть, все, чем мы занимаемся после шестнадцати, – просто повторение пройденного?
Между нами повисает молчание. Слишком о многом нужно поговорить.
Харпер дотягивается ногой до моего колена и слегка касается его большим пальцем.
– Добро пожаловать обратно, старый засранец.
– Спасибо, – меня это странно трогает.
– Я читала одну из его книг, – вдруг говорит Харпер, – не
– «Утконос». Я особо не читаю хорроры. Не мое.
– Она о парне, который случайно убивает всех, кого любит. Я еще подумала: «Какой одинокий человек». Он это хотел показать в книге? Свое одиночество?
– Эй, – меняю я тему, – а детишки еще ходят сюда купаться?
– Нет. Точнее, я так не думаю. С другой стороны города появились пляжи получше. А ты не знал его? Ская Монтегю?
– Мы учились в одном колледже примерно в одно и то же время, много лет назад. Не сказал бы, что знал его.
– Наверное, это так странно – когда твой однокурсник становится известным.
– Я же сказал, я не особо его знал.
– Иногда мы его тут видим. Наша местная знаменитость. Но, по-моему, никто с ним толком не общался. Похоже, чем ты известнее, тем меньше у тебя друзей.
– По этой логике, у меня должна быть тысяча друзей.
– Да уж, ты прямо-таки в них утопаешь, – Харпер оглядывается. – Ты один? Ни жены, ни детей?
– Нет.
– Осень в самом разгаре. Зима в этих краях наступает быстро, – Харпер замолкает и наблюдает за мной, но я не отвечаю. – Если планируешь остаться здесь надолго, хорошо бы подумать об установке ставень покрепче, утеплении труб и запасе консервов в случае отключения электричества. Всякое такое.
Я не собираюсь глотать эту наживку.
– Спасибо за совет.
– Ну, тебе пора домой пить чай, я так понимаю. А я пошла, старый ты придурок.
