Я уже потратил немало времени на слежку за Мирабеллой и набил мозоль на языке, убеждая ее, что она – моя. В воскресенье дадут разрешенный звонок за пределы академии, и
Джованни появляется первым и остается у двери – ему так удобнее. Затем к нам присоединяются Николо и Андреа – те усаживаются один на край стола, другой – на подоконник.
– Итак, парни… В воскресенье у меня сеанс связи с
– Я бы сказал, что виновна Мирабелла, – поднимает руку Андреа. – Она тебя не уважает. Любая на ее месте умоляла бы на коленях о браке с человеком твоего положения.
Андреа всегда готов лизнуть задницу.
– Я Мирабеллу со счетов не сбрасываю и все же сильно сомневаюсь в ее причастности, хотя она и обрадовалась бы моей смерти. Давайте-ка сперва выясним, где продают такие штуки и куда их прицепляют.
Николо поднимает улику и крутит ее в руках.
– Лоренцо Бруни – реальная проблема, однако, по-моему, он слабак. Вряд ли решился бы на убийство, и все-таки ничего исключать нельзя, – продолжаю я. – Он хочет мою невесту, а потому представляет угрозу.
– Босс… – откашлявшись, подает голос Николо и поднимает вверх указательный палец.
– Твою мать, Николо, мы же не на уроке. Говори.
– До меня дошел слух, что Мирабелла и Лоренцо путались еще до того, как решилось дело с вашей помолвкой.
Стискиваю зубы, представляя, как они «путались», хотя меня тогда еще и не было на горизонте. Опять же, кто сказал, что отношения между ними завершились?
– У него имелся повод прикончить Марчелло, но зачем убивать его отца? – задумывается Джованни, доставая сигарету. – Он ничего не выиграл бы. Первый наследник трона на юго-востоке – Антонио.
Строго смотрю на кузена, и он затыкает сигарету за ухо. Я не против курения, но, черт побери, не хочу, чтобы в моей комнате пахло этой пакостью.
– Есть вероятность, что отец – случайная жертва, – качаю головой я. – У того, кто открыл бы на него охоту, должны быть стальные яйца, а Лоренцо – тряпка.
– А вдруг случайной жертвой стал бы ты? – предполагает Николо. – А целью все же был именно отец…
Я пожимаю плечами:
– Все возможно. Я вообще не должен был там оказаться в тот вечер. Отец попросил меня приехать на яхту в последнюю минуту. Да какая разница? Убийцу все равно надо вычислить.
– Что насчет Антонио? – поднимает бровь Николо.
– Не исключено. Вроде бы он идет на контакт, хотя его сестра – трудный случай…
Интуиция подсказывает: брат невесты ни при чем, и тем не менее из списка его вычеркивать не будем.
Некоторое время мы сидим в тишине.
– Естественно, держим язык за зубами. Кто бы ни был убийцей, он не должен знать, что мы идем по следу.
Бросаю взгляд в окно: студенты гурьбой выбегают из общежитий – торопятся на первую пару.
– Сегодня на занятия опаздывать не могу, так что встретимся здесь же после ужина.
Поднимаюсь с кровати и тянусь за рюкзаком. Ребята тоже встают, однако я останавливаю их взмахом руки.
– И последнее… Никаких экспромтов. Если найдете гада, приводите его ко мне, понятно?
Парни кивают.
Есть в моем положении одна неприятная особенность – я понятия не имею, кому можно доверять. Даже у себя в комнате не расслабишься – приходится думать о том, что следует быть на шаг впереди, если кто-то желает моей смерти… В то же время может ли быть иначе? Такова жизнь человека, родившегося в семье Коста.
Мы выходим из Рим-хауса. Впереди по тропинке идет Мирабелла, как всегда сексапильная в своей школьной форме. Ее развевающаяся юбочка заставляет меня облизнуться.
Как дисциплинированный солдат, я подчиняюсь приказам и посещаю все сегодняшние пары. Ко мне даже обратились с просьбой продемонстрировать навыки работы с ножом на завтрашнем уроке по обращению с оружием. Все знают, что тут я дам фору любому, знают и о моем умении убивать голыми руками.
Незадолго до ужина моя троица стучится в дверь. Решено было встретиться после приема пищи, однако, видимо, кто-то из них добыл информацию, которая не может ждать.
– Что случилось?
Джованни по привычке прислоняется к стене у входа в комнату.
– Андреа подслушал, как хвастался Данте Аккарди.
Он кивает приятелю – продолжай, мол.
– Данте твердил, якобы не понимает, откуда вся эта суета вокруг тебя. Типа северо-восток не самая богатая территория. А еще сказал, что этим летом ходил в море на яхте, дошел до Панамы, потом свернул на север и вернулся к Нью-Йорку. Никак не мог остановиться, все пел, насколько его яхта больше, чем у твоего отца.
– Откуда бы ему это знать? – прищуриваюсь я.
– Оказывается, он встал в том же доке, где и мистер Коста, именно в тот вечер, когда его убили. Смеялся – вроде как любовница твоего отца кричала на весь порт, всех перебудила.
