Не могу отделаться от мысли, насколько противоположные чувства меня одолевали прошлый раз, когда Марчелло посчитали погибшим. Тогда я едва не прыгала от радости, услышав от отца о смерти жениха. Разумеется, на людях якобы скорбела, а вот наедине с собой не могла стереть с лица улыбку. Сегодня же я просто вне себя – если узнала бы, что его нет в живых, наверняка шлепнулась бы в обморок.
Честно говоря, я ошеломлена. Нет, отдаю себе отчет, что мысли о Марчелло завладевают мной все больше, и все-таки подобной реакции от себя не ждала.
Выходит… о нет-нет… выходит, я в него влюблена?
Господи ты боже мой, судя по всему, так оно и есть!
У меня подкашиваются ноги. Я люблю Марчелло Косту…
Теперь понимаю, почему он так рвался отделать Лоренцо. Сама прикончила бы того, кто зарядил в пистолет боевой патрон.
Мы заходим в комнату Марчелло, и я запираю дверь на замок – осторожность не помешает. Кто-то в кампусе охотится за ним, а возможно, и за мной тоже.
Сразу приступаю к делу:
– Рассказывай, как это случилось.
– Нас с Данте вызвали на спарринг на занятии. Предполагалось, что в пистолетах холостые патроны, однако его «хеклер-кох» оказался заряжен боевым. А больше мне пока ничего не известно.
У меня отваливается челюсть.
– Считаешь, он пытался тебя прикончить?
– Нет, не считаю, – хмуро бормочет Марчелло.
– Но выстрел был из его пистолета?
– Если Данте замыслил убийство, один из его парней должен был остаться в классе во время пожарной тревоги и подменить патрон, потому что сам он все время был на улице. Единственное, в чем я уверен, – кто-то воспользовался сработавшей сигнализацией, чтобы перезарядить пистолет, и я хочу знать, кто это был.
– Я тоже.
Он присаживается на край кровати и расстегивает рубашку.
– Давай помогу.
– Ага, спасибо. Трется о повязку, действует на нервы.
Кивнув, я расстегиваю пуговицы и аккуратно стягиваю рубашку с его мускулистых плеч, пока она не сползает до запястий, а потом поочередно высвобождаю руки. Марчелло как-то странно на меня поглядывает, а я стою и пялюсь на него. Теперь, осознавая свои истинные чувства, я все воспринимаю иначе.
– Что? Ты смотришь на меня, будто я тяжело ранен, но я в порядке, Мирабелла.
– Знаю, – медленно киваю я и, вдруг приняв решение, опускаюсь перед ним на колени.
Марчелло ошеломленно распахивает глаза и открывает рот, явно понимая, что я задумала – отдаться ему полностью, без остатка.
–
Он касается левой рукой моей щеки.
– Молчи, не заставляй меня произносить это вслух, – шепчу я и снимаю его ремень.
Осторожно расстегиваю штаны, и он слегка приподнимается, помогая мне снять их вместе с боксерами. Медленно стягиваю их со щиколоток. Марчелло не двигается, продолжая сидеть.
– Не хочешь лечь на спину? – предлагаю я, так ведь удобнее.
– Черт, ни в коем случае! Я хочу смотреть. Хочу, чтобы эта минута осталась в памяти навсегда.
Я игриво закатываю глаза и сжимаю основание члена, затем наклоняюсь и провожу языком по всей его длине, до самого кончика, который облизываю по кругу. Никогда не делала минет, но скрывать не стану: порнуху смотрела, поэтому знаю, как и что.
Посасывая головку, двигаю рукой снизу вверх.
– О, твою мать… – стонет Марчелло.
Гордость от обладания мной и вожделение, которые слышатся в его голосе, подстегивают меня еще больше. Повторяю движения раз за разом, пока он не приподнимает бедра мне навстречу, будто ему мало моих ласк.
Решив, что достаточно его возбудила, я беру член в рот и скольжу губами как можно дальше. Господи, какой огромный, полностью не помещается… Приходится снова сжать основание ладонью. Ритмично двигаю головой вверх-вниз, и слюна капает мне на руки.
Марчелло стонет и тихо рычит. От этих звуков у меня внутри все трепещет – ужасно хочется запустить руку под юбку и кончить одновременно с ним. Нет, сейчас его время. Я должна показать, как к нему отношусь.
Наконец мне начинает казаться, что он близок к пику, и я полностью вынимаю член изо рта.
Марчелло распахивает веки. Похоже, хочет что-то сказать, однако я опускаюсь ниже и начинаю сосать одно из яичек. Он снова стонет, закатывает глаза под лоб, а я поглаживаю член рукой, сжимая кончик, когда добираюсь до верха. Через несколько секунд Марчелло не выдерживает:
– Черт, Мира, возьми опять в рот, я скоро кончу…
Усмехнувшись, я выполняю его указание и проталкиваю член как можно дальше, к задней стенке горла, не переставая смотреть глаза в глаза. Он со всхлипом втягивает воздух и, похоже, забывает выдохнуть, пока я снова не обвожу языком головку.
Марчелло рычит, запуская руку мне в волосы, и насаживает мой рот на член, одновременно приподнимая бедра. Теперь темп задает он.
Делает несколько толчков и снова давит на затылок. Я пытаюсь расслабить горло, хотя дышать почти невозможно, по лицу текут слезы. Марчелло приподнимает мою голову за волосы и вновь заставляет полностью проглотить член. Еще раз, еще…
– Доведи меня до конца,
