Ну все, это точка невозврата. Я могу замять тему и позволить Марчелло расправиться с Лоренцо. Останется рассчитывать, что тот меня не сдаст. Второй вариант – рассказать правду и разрушить все, что с таким трудом между нами развивалось.
В животе опять крутит, будто вот-вот стошнит, шея покрывается крупными каплями пота. Наверное, Марчелло прав: не гожусь я в мафиози. Другая заманила бы его сейчас в постель, и неприятный разговор был бы забыт. Черт, да пусть Марчелло прикончит Лоренцо – подумаешь! Я-то останусь жива.
Нет, не могу. Не сумею дальше жить с невысказанной правдой, которая всю оставшуюся жизнь будет висеть над головой грозовой тучей. Я тяжело сглатываю и нервно щелкаю костяшками пальцев. Марчелло сужает глаза, обратив внимание на мое замешательство.
– Я должна тебе кое-что сказать. Только не перебивай, позволь договорить до конца.
Он замирает. Стоит так тихо, что кажется – даже не дышит.
– Это я написала программный код, активирующий бомбу, которая убила твоего отца.
Мои слова повисают в воздухе, как граната с выдернутой чекой, и я начинаю отсчет до неизбежного взрыва.
Марчелло молчит, и я решаю вывалить все без остатка.
– Клянусь, я не знала, для чего именно требуется программа – поняла гораздо позже, когда ты упомянул, что бомбу взорвали с помощью компьютерного кода. В тот вечер у пруда… Лоренцо бросил замечание, которое я сперва не поняла. Ну, типа – что скажет Марчелло, узнав, как здорово его невеста разбирается в программировании… Тогда я вообще не увидела в его словах какого-то смысла, дошло уже позже.
Я вздыхаю:
– Лоренцо в свое время просил показать, как пишутся программы для дистанционного запуска бомбы, а потом интересовался, как ее собрать. Меня после долгих уговоров научил брат, и Лоренцо, видимо, откуда-то об этом узнал. Рассказывал, якобы хочет стать полезным для семьи, намерен пробиться наверх, вот я и поверила. А когда учила – не догадывалась, для чего он использует мои уроки.
Смотрю на Марчелло со слезами на глазах и выкладываю самую печальную часть:
– Честное слово, не подозревала, зачем ему все это нужно. А тебе ничего не говорила, потому что не знала, как сказать.
Он по-прежнему стоит с непроницаемым лицом, но воздух между нами словно сгущается от напряжения.
– Прости меня… – Слезы начинают капать по щекам. – Боялась признаться. Не хотела нарушить ту связь, которая…
Марчелло делает два шага вперед, кладет руки мне на плечи и прижимает меня спиной к стенке. Его бесстрастность вдруг сменяется гримасой ярости.
Я не так наивна, потому и не думала, что этот момент мы пройдем безболезненно. Мне здорово повезет, если я вообще останусь в живых.
Меня охватывают ярость и недоверие. Я возвышаюсь над Мирабеллой, схватив ее за плечи. Ей повезло, что она моя невеста, – иначе я уже сжимал бы горло предательницы.
– То есть все это время ты со мной играла? – выдыхаю я и, не дожидаясь ответа, продолжаю: – Планировала заставить меня влюбиться, а потом зарезала бы во сне?
Она изумленно распахивает глаза и трясет головой.
– Выходит, я на несколько месяцев превратился в полного кретина, позволял тебе водить меня за нос… Знаешь что? – Я отступаю на шаг, и Мирабелла оседает на пол. – Надо бы тебя убить – только, боюсь, это будет слишком милосердно.
Наклоняюсь и провожу пальцем по ее щеке, по подбородку, по шее и расстегиваю пуговку на блузке.
– Скоро мы поженимся, и я превращу твою жизнь в настоящий ад. Твое тело будет принадлежать мне до самого конца. Запру тебя дома – воспитывай детей, устраивай вечеринки. Тебе здорово повезет, если я разрешу высунуть нос наружу. Конечно, посещение церкви и семейные праздники не в счет.
Говорю ядовито и усмехаюсь про себя: именно такой жизни она и хотела избежать, потому и встала на путь обмана.
Отступаю и поворачиваюсь спиной. Видеть ее не могу! Вранье, притворство!
Мирабелла всхлипывает.
– Клянусь, я не знала, зачем Лоренцо потребовалась бомба! Я просто…
– Не хочу слышать ни одного слова из твоего грязного рта! – Я снова разворачиваюсь и тыкаю ее пальцем в грудь. Кровь в моих венах пульсирует, отдаваясь стуком в висках. – Теперь, после того как все вскрылось, ты пытаешься замести следы! Нет уж, больше я на твои трюки не поведусь!
В дверь кто-то громко барабанит.
– Марчелло!
– Идите в задницу! – рявкаю я.
Мирабелла пытается подобраться к выходу, но я заступаю ей дорогу.
– Разве я позволял тебе уйти?
– Марчелло… – молит меня она, и в ее глазах плещется страх.
Я невольно отвожу взгляд. Помню, как в них светилась лю… Черт, нет! Все это был обман. Обман, предательство – даже хуже, чем участие в попытке меня убить. Подумать только: она лгала мне и в то же самое время беспокоилась за своего драгоценного любовника!
– Чего ты от меня ожидала, когда решилась наконец сказать правду?
Я хватаю ее за руку и тащу к кровати.
– Не знаю… Просто поняла, что не смогу жить с такой тайной.
По ее лицу струятся слезы, и у меня невольно сжимается сердце, однако я заставляю себя не реагировать.
Грубо хохочу – пусть почувствует себя полной дурой.
