– Послушай, Марчелло, я прекрасно понимаю: ты чувствуешь себя преданным. Конечно, ты потрясен, но, в свою очередь, клянусь – мы понятия не имели о действиях Мирабеллы. Я никогда не позволил бы ей пуститься в подобное предприятие. Прошу тебя – давай не будем выносить сор из избы, пока ее не разыщем. Я даже жене еще ничего не говорил, иначе придется дать ей такую дозу транквилизатора, что она проспит целую неделю.
Я провожу рукой по ежику на голове. Вообще-то, в нашем мире так дела не делаются. С другой стороны, не убить на месте человека, признавшегося, что он покушался на твою жизнь? Без разницы, мужчина или женщина, – правила одни и те же. Однако Мирабелла – единственный человек на земле, убить которого я просто неспособен. Наблюдать, как жизнь уходит из ее глаз? Подобное зрелище будет потом преследовать до самой смерти…
Может, вчера вечером я и был настроен иначе, но ведь очевидно: Мирабелла стала частью меня, как, например, татуировка на руке – не сотрешь, не удалишь. Доверять больше не смогу, однако и забрать ее у меня никому не позволю. Только как бы не было слишком поздно…
– Фрэнк, я помогу вам ее найти. Держать друг друга в курсе будем тем же способом, что сейчас.
– К академии едут мои лучшие парни. Жену тревожить не хочу, поэтому сам останусь дома.
– Понял. Будем вам сообщать, как и что.
Я вешаю трубку, и Габи встает с кровати.
– Ну ничего себе, черт возьми! Что тут вообще происходит?
Мы с Антонио стоим, уставившись друг на друга. Увы, пока никаких зацепок у нас нет.
– На рассвете сестру должны были забрать. Я видел, как Мирабелла села в присланную отцом машину. Она уехала, но на аэродром так и не прибыла.
– Вот дьявол…
– Слушай, если потребуется какая-то информация от нас, обращайся, – предлагает Антонио. – Отец будет только рад помочь. Еще бы, похищение дочери главы семьи…
Он качает головой, словно подобная акция – дело неслыханное. А впрочем – так оно и есть.
Я сделал бы все, что в моих силах, лишь бы отомстить за сестру. И кажется, готов мстить за обманщицу-невесту.
Мы благодарим Габриэле и вместе с Антонио едем на мой этаж. Видать, он считает: я не просто так пообещал всяческую помощь его отцу. Уверен, что мы будем действовать сообща и обязательно разыщем Мирабеллу.
– Знаешь, я, вообще-то, волк-одиночка, – еще в лифте намекаю я.
– Да что ты говоришь, – бурчит он и топает за мной по коридору.
Подходим к моей комнате, и из соседней двери выглядывает Джованни, словно запеленговал меня на радаре.
– Хм, удивлен, что ты способен передвигаться, – ухмыляется он. – Ты ведь вчера был в полной отключке.
Оглядываюсь на Антонио. Не уверен, что ему следует знать подробности, которые готов вывалить Джованни, но тут уж ничего не поделаешь – брат Мирабеллы сегодня заделался моей тенью.
– Что ты хочешь сказать? – мрачно смотрю я на кузена.
– Ну, я к тебе стучался, но ты не открыл. Нажал на ручку – не заперто, никого нет! Побежал тебя искать и обнаружил в лифте, бледного, как мертвеца, и ни на что не реагирующего.
У меня пробегают мурашки по коже.
– Где я был до лифта, не знаешь?
Начинаю паниковать. Неужели я прикончил Мирабеллу в пьяном угаре, и даже в памяти ничего не отложилось?
Видимо, Антонио замечает, как я изменился в лице, потому что быстро вставляет:
– Я на рассвете проводил ее до машины. – Он переводит взгляд на Джованни: – Когда ты нашел Марчелло в лифте?
– Часа в два или три, – пожимает плечами тот. – На улице была тьма кромешная.
Я растерянно тру лоб и чешу в затылке. Хорошенькие новости… Где же я шлялся до глубокой ночи? Пытаюсь вспомнить, однако на ум ничего не приходит.
– Откуда у тебя порезы на костяшках пальцев? Вчера где-то заработал? – интересуется Джованни.
Ответить не успеваю – звякает лифт, выпуская из своего чрева ректора Томпсона. Вид у него совсем не радостный.
– Коста, пойдемте со мной.
Джованни и Антонио сопровождают нас на пути к административному корпусу, а ректор по пути рассказывает, как проверил записи с камер наблюдения и выяснил, что я вчера ночью попал в кадр при взломе его кабинета и самовольном использовании телефона секретаря.
– Это был бы ваш третий штрафной балл, однако после случая в классе боевой подготовки…
– Вы не знаете, кому я звонил?
Он сурово на меня смотрит. Похоже, сейчас неподходящее время вступать в жесткую перепалку – информация мне требуется как можно быстрее.
– Пожалуйста, это очень важно.
– Могу разузнать, если уж вам так надо, – качает головой ректор.
– Очень надо, – киваю я.
Мы сидим в офисе, пока он связывается с телефонной компанией. Проходит четверть часа, и наконец передо мной возникает листок с номером.
– Телефон
Антонио таращится на меня, скрипя зубами.
– Он мог распорядиться убрать Мирабеллу?
Я мотаю головой, хотя сам ни в чем не уверен. Знаю,
– Сэр, могу я с ним еще раз связаться? – прошу я ректора, и тот молча двигает ко мне аппарат.
