По потертому ковру прошелестели приглушенные шаги, и все, что я могла сделать, это уставиться на пару блестящих модельных туфель, которые обогнули кровать и остановились передо мной. Мой взгляд медленно остановился на темной фигуре мужчины в костюме. Красный свет заиграл на покрытом шрамами лице, в котором я узнала одного из Капо моего отца — Стефано. Он и раньше охранял наш дом, приходил на вечеринки по случаю дня рождения и на похороны моей бабушки. Он наблюдал, как я росла… и все же его взгляд был отстраненным, безжалостным. Тогда я поняла, что он собирается убить меня.
Паника подступила к горлу, и, хотя у меня не было возможности убежать, меня охватило отчаяние. Я вскочила на ноги и попыталась перелезть через кровать. Он схватил меня, а я сопротивлялась, царапаясь и отбиваясь. Мой кулак врезался ему в горло, как однажды показал мне Лука, затем я ткнула большим пальцем ему в глаз. Он взревел и ударил меня сбоку по голове, прежде чем меня схватили за волосы. Боль пронзила висок, и комната закружилась, когда меня прижали к его гораздо более крупному телу. Горячее дыхание с сигаретным привкусом обдало мое лицо, прежде чем он заговорил мне на ухо.
— Маттео Романо сказал, что если он не сможет заполучить тебя, то никто не сможет.
Нет, нет, нет. Ужас, который и так душил меня, достиг безумного пика при звуке имени этого человека, но, в самом деле, какая разница, Маттео это был или мой дядя? В любом случае, я близка к смерти, и, честно говоря, это знание приносило определенный покой. Может, за пределами этой жизни было что-то еще, и Кьяра ждет меня.
От этой мысли стало немного легче, когда Стефано заставил меня снова опуститься перед ним на колени. Я уставилась на него в темноте и поняла, что этот момент был неизбежен. Моя семья была полна решимости давить на меня, пока я не сломаюсь, но я отказалась ломаться. Я бы предпочла стоять на коленях прямо здесь и прямо сейчас, чем всю оставшуюся жизнь стоять на них перед таким человеком, как Маттео Романо.
С ледяной целеустремленностью Стефано поднял пистолет. Мое сердце бешено заколотилось, словно торопясь насладиться последними драгоценными мгновениями, прежде чем оно перестанет биться. Я закрыла глаза, и дрожащий выдох сорвался с моих губ, когда прохладный ствол уперся мне в лоб. Одинокая слезинка скатилась по моей щеке, прерывистый вздох наполнил замерзшие легкие, а затем… бах! Все мое тело дернулось, и я задохнулась, но не было ни боли, ни последнего мгновения, ни яркого света. Когда я открыла глаза, передо мной стоял ангел смерти, окутанный тенями, с телом Стефано у его ног и пистолетом в руке. Я чувствовала себя ничтожным смертным, склоняющимся перед ужасающим незнакомцем.
Сапфировые глаза встретились с моими, в них не было и следа теплоты, когда они окинули меня оценивающим взглядом хищника, взвешивающего свою следующую добычу. Вероятно, следующей он убил бы меня, но, Боже, он был прекрасен. Самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела, со скулами, которые могли бы резать стекло, и темными волосами, спадающими на лоб беспорядочными волнами. Может быть, я уже была мертва, а он действительно был ангелом, пришедшим забрать мою душу. Он чертовски походил на ангела. Пульсация в моей голове усилилась, и его полные губы сжались в тонкую линию, когда я слегка покачнулась из стороны в сторону.
— Отвали от нее, Гуэрра, — выплюнул мой брат.
Какой бы странный пузырь меня не окружал, он лопнул, и все вокруг снова просочилось внутрь. Я взглянула через комнату туда, где у окна стоял Ренцо, направив пистолет в мою сторону… Гуэрра? Джованни Гуэрра? Свободная рука моего брата была прижата к животу, сквозь пальцы сочилась кровь. Другой мужчина, казалось, материализовался из тени у двери и в одно мгновение приставил оружие к виску моего брата.
— Не волнуйтесь, — сказал новоприбывший.
— Пожалуйста, не причиняйте ему вреда, — пробормотала я, поднимаясь на ноги и изо всех сил стараясь удержаться на ногах, когда комната закружилась вокруг меня. — Просто… просто убейте меня, но оставьте Ренцо в покое.
— Нет, Эми, — Ренцо практически рычал.
Я посмотрела на того, кто явно был главным. На темного ангела. На мужчину, за которого я должна была выйти замуж.
— Пожалуйста.
Он склонил голову набок, его глаза ничего не выражали, прежде чем он махнул рукой своему спутнику. Другой мужчина отобрал у Ренцо пистолет и выволок его наружу. В глубине души я знала, что они найдут меня и, возможно, убьют, с той самой секунды, как я села в ту машину, так зачем же я пыталась убежать?
— Иди. — Одно слово, единственное, которое он произнес с тех пор, как вошел в эту комнату. Это было похоже на раскаты грома во время летней грозы, на статические помехи в воздухе, обещающие хаос.
