Она стояла у калитки с корзинкой в руках и смотрела на меня. Странно так смотрела. Непонятно. А потом, встретившись со мной глазами, смутилась, отвела взгляд.
— Я вам сейчас полотенце принесу, — крикнула на ходу, поспешив скрыться в доме.
Минут через пять полотенце мне вынес Ремтон, который тут же окунулся с головой в бочку.
— Удачно я бочечку приспособил? — спросил, с удовольствием отфыркиваясь и растирая тело ещё одним полотенцем. — А то брызгалка эта меня раздражала.
-Держи, — Рем достал из кармана две зубные щётки.
Мне протянул ту, что была в упаковке.
— Ты жил в этом доме? Вмести с Катериной? — поинтересовался я.
— Жил. Один… Потом расскажу. И не только об этом.
Да, разговор нам предстоял серьёзный. Но после завтрака. Начинать анализировать случившееся и оценивать дальнейшие перспективы, лучше на сытый желудок.
Лоттария.
Больно. Всё ещё оглушительно больно. Вот уже и мир другой, а горечь потери томит по-прежнему. Лей, мне так тебя не хватает. Рядом люди, а я задыхаюсь от одиночества. Не хочу никого видеть и слышать. Хорошо, что меня не пытаются втянуть в общую беседу, отголоски которой нет-нет, да и прорываются в моё отупевшее сознание.
О чём они там говорят? У меня на пальце универсальный переводчик, но смысл услышанного воспринимается с трудом. Ремтон собрался сегодня вечером «выйти в свою смену». Просит хозяйку приютившего нас дома его куда-то там «подбросить». До города? Как? Она что, тоже маг? Может от того и не сильно удивило её наше внезапное появление. И что за смена, куда Ремтон собрался выйти, зачем? Сколько вопросов, я их отслеживаю, но как-то уж очень поверхностно, не особо заинтересованно, почти не удивляясь.
Ловлю на себе внимательный взгляд Майлина. Маг хмурится. Чем это он так показательно недоволен?
Ремтон и Катерина поднимаются из-за стола. На меня не смотрят. Никакого тебе этикета. Ну, понятное дело, иномирянка, но Ремтон? Хотя, что со Скитальца взять, от него почтения к принцессе ждать не приходится. А вот Майлин так не может. Сказывается дворцовая выучка.
Мысли рождаются в моей голове, заставляют тревожиться. Как же всё непривычно. И уж совсем не понятно, что ждет меня дальше? Смогу ли я принять этот чужой мир, найдётся ли в нём для меня место? И ребёнок. Наш с Лейтоном малыш. Как я буду его растить в этой, почти что нищенской, обстановке? Будущему императору должно дать соответствующее воспитание и образование. Лей об этом волновался. Он надеялся на наставника Онура. Но сможет, захочет ли он?
Я снова встречаюсь взглядом с Майлином. И думаю о том, что должна узнать его получше. От этого человека слишком многое зависит. И потому, мне должно взять себя в руки. Не забыть о своей потере, но смириться с ней. Я обещала Лейтону быть сильной. Я обещала себе отомстить, поломать императору все планы. Верю, именно нашему с Леем ребёнку быть следующим правителем, которого одобрят Боги.
-Ваше высочество, прошу вас уделить мне внимание. Нам нужно поговорить, — Майлин обращается ко мне подчёркнуто официально.
Мы с ним остались одни. Ремтон и Катерина уехали в город на машине, одном из первых, увиденных мною в новом мире, чудес. Быстроходностью этой самоходной повозки я прониклась и восхитилась. В империи ничего подобного не имелось.
— Нужно, — покладисто соглашаюсь я.- Но лучше сделать это не здесь. Обстановка слишком уж угнетающая.
— Может, выйдем в сад? Там сегодня достаточно тепло и у Ремтона не плохое место для отдыха оборудовано.
— Хорошо, — снова не спорю я, хотя мне и не хочется ни перед кем обнажать душу.
Я не знаю, как смогу рассказать Онуру обо всём, что случилось со мной. Но хорошо понимаю неизбежность предстоящего разговора и его необходимость. Майлин Онур должен быть посвящён в мои планы. Кроме него и Ремтона мне в этом мире рассчитывать больше не на кого.
Не смотря на всю убогость запущенного сада, скамейка в тени усыпанного белыми цветами невысокого дерева оказалась неожиданно удобной. Майлин простелил на неё захваченный из дома плед, а когда я села, им же и укрыл мне плечи и ноги.
Какое-то время мы молчали. Я впитывала в себя блаженную тишину и во мне медленно расправлялась тугая пружина, долго сдерживаемого напряжения. Майлин Онур, присев на корточки у моих ног, накрыл мои холодные пальцы своими, согревая, успокаивая.
— Что бы скверного с вами ни произошло, моя принцесса, оставьте это прошлому, — в негромком голосе мага я не уловила ни страха, ни растерянности. Даже отголоска пронёсшейся над ним бури, я не заметила.
— Вас и правда не страшит этот чужой непонятный мир? — с невольным удивлением спросила я.
- Теперь только от нас самих зависит, как сложится наша жизнь, — Майлин пожал плечами, а на губах его родилась счастливая улыбка.
— Чему вы радуетесь?
— Свободе.
Я отвела глаза, почувствовав себя без вины виноватой. Пусть я дочь императора, но не я же дёргала мага Онура за ниточки, превращая в марионетку. Хотя, в манипулировании конкретно этим человеком мой родитель мало преуспел.
Моя ответная улыбка пусть и была бледной, зато искренней.
