Клятва воров полностью

Как и остальные, войдя, они сразу спросили о Кази. Синове бросила свою сумку и побежала к подруге. Мэйсон оставил пусковую установку и последовал за ней.

Ганнер подошел к сумке, которую швырнула Синове, и заглянул внутрь.

Его брови приподнялись.

– Патроны, – сказал он. – Очень много. Похоже, по крайней мере двадцать зарядов.

Когда Мэйсон и Синове вернулись, начались вопросы.

– Где вы были? – Прая первой потребовала ответ.

Мэйсон взглянул на Синове, затем снова на Праю.

– Нам пришлось залечь на дно на некоторое время. Мы нашли развалины, где можно укрыться. Там повсюду были солдаты, понимаете? К счастью, в развалинах оказалось хорошо и уютно, пока мы ждали.

Хорошо и уютно? Я посмотрел на Мэйсона.

– А что насчет патронов? Где вы их взяли?

Мэйсон почесал голову.

– У нее была безумная идея – забрать что-нибудь из ледохранилища, прежде чем взорвем его. Она не сдавалась.

Синове грозно нахмурилась.

– Когда появляется возможность, не стоит отмахиваться от нее.

Они рассказали, что несколько часов прятались на позициях, ожидая начала казни. Они слышали, как за пару кварталов от них собиралась толпа, но там, где они находились, было тихо, как на кладбище. Солдат с пусковой установкой, охранявший ледохранилище с крыши, перебрался на другую сторону, как они догадались, чтобы посмотреть на казнь.

– А те солдаты на земле вокруг ледохранилища? – сказала Синове. – Пффф! Все, что у них было, лишь несколько жалких мечей и алебард.

Рот Мэйсона растянулся в ухмылке.

– Оказывается, она управляется с ножами так же хорошо, как и со стрелами.

Рен хлопнула руками по столу.

– Ножи Имары!

– Да! – ответила Синове, и обе стали возбужденно болтать об их качествах, забыв об остальных. Они втянули и Имару в свой разговор.

Мэйсон смотрел на меня, в его густых волосах запуталась солома – возможно, от долгого пребывания в убежище.

– Это не входило в план, но…

– Когда появляется возможность, ты получаешь уют и заботу, верно?

Мэйсон помрачнел.

– Все не так, как ты думаешь…

– Перестань, брат, – сказал я и положил руку ему на плечо. – Сядь. Ты поступил разумно. Ну, полагаю, по большей части. Нам нужны все…

– Патри? – Это была Джудит. Она стояла в дверях. – Кази. Она зашевелилась. Говорит во сне. Кажется, она приходит в себя.

Не имело значения, что Джудит обращалась только ко мне. Все пошли за мной.

Я снова чувствовала руки. И пальцы ног. Они больше не горели. Я умерла или мне дали еще лекарства для снятия боли? Что теперь хотел знать Монтегю? Я открыла глаза. Я находилась в крошечной темной комнате, которую не узнала. Здесь не было окон. Неужели меня бросили в другую камеру? Голова болела, и перед глазами все плыло, но чувствовала, как ко мне возвращаются силы и мышцы снова начинают слушаться меня. Боги, нет. Неужели я в чем-то призналась? Они дали мне противоядие, потому что я рассказала что-то? Я моргнула, пытаясь прогнать дымку перед глазами. И вдруг услышала шаги. Торопливые шаги. Они приближались. Я закрыла глаза, пытаясь сообразить, что делать.

Кто-то подошел ближе и навис надо мной. Я почувствовала его тепло, когда он наклонился.

– Кази, ты слышишь меня? Это Джейс. Я рядом. Все будет хорошо.

Я представила перед собой лицо Монтегю. Его уловки. Его манипуляции.

Ты поправишься, но мне нужна твоя помощь. Лидия и Нэш мертвы.

Надежда и ужас пронзили меня. Пальцы сжались вокруг чего-то холодного и твердого у меня под боком. Но голос. Это был…

Я открыла глаза, и страшное лицо приблизилось к моему. В брови сиял драгоценный камень, а от глаз расходились пугающие татуировки.

Мое колено подтянулось вверх. Если мне предстояло умереть, то умру, борясь из последних сил. Я услышала стон и толчок, когда толкнула мужчину на пол и поднесла ложку к его горлу. Он корчился от боли.

– Кази.

Я моргнула.

Глаза. Карие, цвета теплой земли. Его голос.

– Кази, это Джейс, – повторил он, и болезненная гримаса исчезла с его лица.

– Ты собралась убить патри ложкой? – Я повернула голову. Это была Рен. – Не то чтобы сомневалась, что ты не сможешь.

Комната была переполнена людьми. Синове, Вайрлин, Титус, Прая и другие. Они смотрели на меня.

Я вновь взглянула на мужчину передо мной. Джейс.

«Останься со мной, Кази».

Это не сон.

Ложка выпала из моей руки, и я бросилась к нему, обняла и спрятала лицо у него на груди. Его руки обвились вокруг меня, обнимая так же крепко, как обнимала его я.

Слышала всхлипы. Но они не принадлежали ни мне, ни Джейсу.

Казалось, что я произнесла его имя сотни раз.

– Хватит уже, – фыркнула Синове, когда прошла минута. – Мы тоже хотим немного пообниматься.

Я поднялась на ноги, а Рен и Синове набросились на меня, заключив в долгие, удушающие объятия. Я посмотрела на татуировку на лице Синове, которая напоминала ту, что у Джейса.

– Я все объясню позже, – пообещала она.