Он поперхнулся трубкой и встал, редкая улыбка скривила лицо. Я, наверное, немного переборщил.
–
Как только мы оказались за пределами его апартаментов, Титус вскинул руки вверх.
– Новый амбар? Почему ты просто не предложил ему новый дворец?
– Хватит считать медяки, Титус. – Я напомнил, что у нас много материалов. Во время восстановления города мы поддерживали безостановочную работу мельницы. Наши склады переполнены. – К тому же телеги в лагерях непригодны. Когда придет время договариваться с Кандораном о поставках, мы воспользуемся теплым амбаром, который так щедро им подарили, как инструментом в переговорах.
Ганнер кивнул, одобряя мою стратегию. Титус хмыкнул.
– Если он еще вспомнит.
– Вспомнит. – Он был хитрым псом, который помнил каждую деталь, включая полное имя Кази.
Я отчаянно скучал по ней. Я не видел ее две недели. Сначала мы бросили все силы на восстановление города, а теперь занимались ремонтом Дозора Тора, что потребовало от меня принятия множества решений. Мне пришлось остаться, пока она отправилась в поселение, чтобы подготовиться к прибытию каравана. На этот раз все сложнее, и нужно многое сделать, прежде чем мы начнем строительство.
В Дозоре Тора удалось спасти лишь оставшуюся половину Грейкасла, а другую половину отремонтировали с помощью черного гранита из Даркхома. Блоки от него были найдены за милю от Дозора Тора. Теперь Грейкасл был домом двух цветов, как его уже начали называть Лидия и Нэш.
Восстановление замка закончили, хотя внутренняя отделка все еще требовала большой работы – за исключением наших с Кази новых апартаментов. Я поторопился с этим, пока она находилась в отъезде, чтобы удивить, когда она вернется. Стены и пол были темными, как любила Кази, а потолок расписан созвездиями, чтобы над нами всегда светили звезды. Я радовался, что моя библиотека в основном цела. Керри пришел помочь разобраться с беспорядком, и я уже начал читать ему книги, как и обещал. Появилось много пустых полок, которые будут заполнены томами с нашей историей. Я думал, что только по последним месяцам можно написать несколько. А вот библиотека Праи, которую она составляла с самого детства, как и я, полностью исчезла. Она тяжело переживала потерю, но потом обнаружила, что книги Джалейн все еще аккуратно расставлены по полкам. Она забрала их себе, и ей стало немного легче.
Я похоронил Джалейн рядом с Сильви, как она и просила. На этот раз семья знала, но мы держали это в секрете от остальных. В наших краях не принято хоронить в лесу – это странно, и мы не хотели, чтобы место их упокоения стало диковинкой, которая привлекала бы посторонних и нарушала покой горы. Поэтому после «погребения» Джалейн мы провели еще одну церемонию в кругу семьи у основания Слез Бреды. Я все еще не знал, откуда Джалейн узнала о Сильви. Кази сказала, что послания иногда сами находят людей, а Джалейн несколько недель находилась на грани между жизнью и смертью, прежде чем умереть.
– Где-то пожар? – поддразнил Ганнер, стараясь не отставать от меня. – Кто-нибудь может подумать, что тебе не терпится.
– Даже не скрываю, брат. Я не видел жену две недели. – Он открыл дверь в наши квартиры, и мы вошли, чтобы переодеться и подготовиться. Большая часть семьи жила здесь, пока не закончилось восстановление замка. Все следы пребывания здесь Монтегю были стерты.
– Где ты был? – спросил Мэйсон, как только я вошел.
– Нужно было уладить сделку с Кандораном, – ответил я, протягивая Лукаса тете Долайз. Она поправилась, и Трей с Брэдахом вернулись домой, но Лукас стал для нее спасением, помогая справиться с горем, потому что дядя Кэзвин умер.
Ганнер увидел, что Мэйсон следует за мной по пятам, и проворчал:
– Кому-то тоже не терпится.
Мэйсон прошел за мной до самой спальни.
– Мы не успеем.
– Чего ты хочешь? – спросил я.
– Они будут ждать нас.
– Кази прислала сообщение, – сказал я. – Рен и Синове будут там. Вот это повод для радости. Мне их не хватало. А тебе? – Их вызвали в Венду несколько месяцев назад, чтобы помочь сопровождать новый караван поселенцев.
Он пожал плечами.
– Я говорил о королеве.
Наверное.
Он достал рубашку из гардероба и бросил ее мне, пытаясь поторопить.
– Трудно поверить, что она наконец-то приедет, – сказал он. – И король. Хотел бы я, чтобы отец был здесь и встретился с ними.
– Может быть, он знает, – ответил я. – Хранитель тоже будет.
– Кто такой Хранитель?
– Если верить Кази, он самый могущественный человек в Венде, правая рука королевы. Раньше он был ассасином Комизара. Я бы не стал ему грубить.
– Разве я способен на это?
– Не знаю, брат. Иногда ты бываешь немного суров. Просто будь добр ко всем. И ничто не пострадает, кроме, наверное, твоей гордости.
– Дыши, – прошептала я Джейсу. – Он больше не ассасин.
Но тоже нервничала. Я не видела Кейдена более двух лет. И теперь чувствовала себя новичком, ожидающим проверки.
