Клятва воров полностью

– Простого? Напротив, ваше величество. Язык переживет тело. Он может свергать королевства и создавать их. Может вести армии и уничтожать их. Его сила не в размере или красоте, а в его ловкости и стойкости.

– Как что-то может быть сильным, если его легко соблазнить?

Я пожала плечами.

– Вероятно, это проклятие нашей человеческой природы. Нам всем нужно питаться, верно?

– Истинно любя? – воскликнул Гарвин, смеясь. – Ты действительно веришь в такое?

Да, ты предательский засранец, хотя сомневаюсь, что ты хоть что-то испытывал по-настоящему.

Я задумчиво наклонила голову и ответила:

– Это всего лишь загадка, Гарвин. Для развлечения. Извлекай из нее все, что хочешь. Но если ты никогда не испытывал ничего по-настоящему, это не значит, что этого нет. Ты также никогда не мыл за ушами. Но возможно, что каким-то чудом это однажды случится.

Все засмеялись. Монтегю рассеянно улыбнулся.

Его мысли были в другом месте.

Столики заполнились десертами, и гости снова ходили по залу, болтая и смеясь. Я была готова выколоть себе глаза, смотря на этот блеск и притворство. Все, что хотела сделать, это извиниться и вернуться в свою комнату, но Олиз подскочила ко мне, делая вид, что наполняет мой уже полный бокал. Она улыбнулась, прошептав:

– Я так понимаю, нам нужно поговорить.

Мое сердце ударилось о ребра. Он сделал это. Пакстон убедил короля. Он сказал, что передаст мне весточку через Олиз. Я видела, как они с королем сидели рядом во время ужина, беседуя, Монтегю потирал щеку в раздумье.

– Да, – тихо ответила я, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что мы находимся на безопасном расстоянии от остальных. Времени вдаваться в подробности не было, поэтому я кратко изложила ей инструкции.

– Завтра утром ты будешь болеть. Рвота. Ты не сможешь сопровождать детей туда, куда мы идем. Ты скажешь королю, что они прекрасно справятся сами, если за ними присмотрит один из стражников. Будь убедительна. Как только мы уйдем, ты покинешь гостиницу и спрячешься. Для тебя здесь больше не будет безопасно. Может, у тебя есть кто-то, кому ты доверяешь, кто спрячет тебя?

Она кивнула.

– Хорошо. Тогда ты должна исчезнуть. И никому ничего не рассказывать.

От страха она прикрыла глаза.

– Я буду в безопасности, но что с детьми?

– Продолжай улыбаться, Олиз. Никогда не знаешь, кто смотрит, – предупредила я и рассмеялась, пытаясь сгладить впечатление, которое могло произвести ее пораженное выражение лица. – Я сделаю все возможное, чтобы обеспечить их безопасность, но это будет нелегко.

– Они уже в опасности. Он ненавидит Белленджеров, – прошептала она сквозь улыбку. – Всех. Иногда замечаю, как он смотрит на детей. Выражение его лица пугает меня. Каждый день беспокоюсь, что он…

Она отступила назад, и от резкого движения из графина, который она держала, выплеснулось вино.

– В мой кабинет. – Я повернулась к королю. – Нам нужно кое-что обсудить. Сейчас же.

Он пошел прочь, не оглядываясь, зная, что я последую за ним.

Неужели предложение Пакстона не принято? Что-то пошло не так.

– Не надо, – прошептала Синове. – Даже не думай об этом.

Она поймала меня, когда я смотрел на гостиницу «Белленджер». Со стороны конюшни было видно одно освещенное окно. Там что-то происходило сегодня вечером. Какой-то прием. И я знал, что Кази там. Она теперь работает на короля. Это невозможно, но что-то удерживало ее там. Но что? Шантаж? Чем Монтегю угрожал ей?

– Трудно не делать этого, – ответил я. Трудно – не то слово. У меня все внутри клокотало, когда пытался придумать, как попасть в гостиницу, как вытащить Кази оттуда, а глаза болели, пока смотрел в то далекое окно в надежде увидеть хоть маленький проблеск ее присутствия. Она так близко, но я не мог до нее добраться. Уже перебрал сотню вариантов, но какое объяснение мог предложить торговец из Кбааки стражникам, расставленным у каждого входа? Поддельное приглашение на прием? Или удар в челюсть? Знала ли Кази вообще, что я жив?

Синове прислонилась к стене рядом со мной, ночь была такой черной, что я едва мог разглядеть девушку. Она вздохнула.

– Знаю, каково это – не иметь возможности помочь кому-то. Когда Кази пропала в тот первый день, я так хотела попасть в Дозор Тора, что готова была убить всех ваших жалких сторожевых псов и стражников тоже. Я могла бы, понимаешь? Всех их.

Синове бросалась из крайности в крайность. Сейчас она опять находилась на краю.

– Возможно, – ответил я. – Мои стражники неплохо стреляют.

– Неплохо? – Она фыркнула. – Впечатляет примерно так же, как наполовину построенный мост через реку.

– Тогда что тебя остановило?

– Рен. Она отговорила меня. Это не было частью плана. Она знала, что это мои эмоции. Мы с ней хорошо работаем вместе. Баланс, как говорит Кази. Мы контролируем друг друга.

– Так вот чем ты сейчас занимаешься? Пытаешься контролировать меня?