Клятва воров полностью

– Она – моя семья, патри. Она и Рен. Я не собираюсь терять ее потому, что ты хочешь убить свору собак.

Я зажмурился, благодарный, что она не видит меня в темноте. Я тоже не собираюсь ее терять.

Я оттолкнулся от стены. Забудь о приглашении на вечер. Мне нужна сила, и я знал, где ее взять.

– Алески не появится. Давай выбираться отсюда. – Следующей нашей задачей было возвращение спрятанного оружия и сумки с боеприпасами. Ждать было бессмысленно, но Синове протянула руку, чтобы остановить меня.

– Прямо сейчас? Нам нужен отдых, патри, а Рен уже готовит еду, не говоря уже, что шатание по улицам среди ночи привлечет внимание.

– Мы можем поесть по дороге. И я знаю обходные пути…

– Улицы. Сначала нам нужно пройти через эти проклятые улицы, где на каждом углу солдаты. Что скажешь, когда тебя спросят, куда ты идешь в такой час? Не можешь…

Дверь конюшни распахнулась, и золотистый свет разлился по переулку. Это была Рен. Выражение ее лица заставило меня и Синове выхватить оружие.

– У нас проблема, – подтвердила она.

Я шагнул вперед и заглянул в дверной проем. За Рен стоял Алески – и он привел с собой компанию.

– Мне жаль, патри, – сказал Алески. – У меня не оставалось выбора. Я должен был сообщить им.

Нетерпение или гнев я услышала в его голосе? Я уже приготовила ответ, но как только за королем закрылась дверь в комнату, он повернулся и сказал совсем не то, что ожидала.

– Ты солгала мне сегодня вечером.

Я растерялась, и мои мысли метались, пока пыталась понять, какую ошибку совершила. Почти все было ложью.

– Не знаю, что…

– Ты утверждала, что была поглощена едой, но это Зейн занимал твои мысли. Ты ненавидишь его. Почему?

Зейн. При одном упоминании его имени у меня по коже побежали мурашки.

Я покачала головой и отвернулась, но в два шага король оказался рядом и взял меня за руку, но отнюдь не угрожающе.

– Скажи мне, – тихо сказал он.

Не могла раскрыть всю глубину своего отвращения к Зейну или причины, по которым его ненавидела. Джейс был первым и единственным человеком, с которым поделилась всеми уродливыми подробностями, и даже тогда это было больно. Также я заключила сделку с Зейном. Пустое соглашение о молчании, но ради слабой надежды – я не могла его нарушить.

– Ничего личного, – ответила я.

– Значит, из-за Превизи? Я был свидетелем твоей тирады против них на бирже – как раз перед тем, как ты ударила патри. Почему ты их ненавидишь?

– Нужна ли причина? Они нарушают законы.

– И все же когда-то ты была талантливой воровкой.

– Воровка, которая помнит, как голодала на улицах Венды. Превизианцы никогда не относились к таким, как я, по-доброму или с малейшей долей сострадания. – Здесь мне не приходилось врать. Каждое слово было правдой. – Нас считали никем, – сказала я. Паразиты, отбросы, ничтожества. – Они выставляли перед нами свои дорогие товары, а потом продавали все Комизару и богатым купцам. Остальным они предлагали заплесневелые мешки с зерном, кишащим долгоносиками, да и то не всегда. Чаще мы получали лишь их презрение. Их надменные усмешки навсегда останутся в моей памяти.

Король изучал меня.

– Голод заставил тебя стать воровкой?

Я пожала плечами.

– Голод может быть весьма мотивирующим фактором.

Он пристально рассматривал меня, хитрец, просчитывающий каждый шаг. Но на долю секунды я вздрогнула, увидев его голодные сумрачные глаза. Он держался настороженно. Доверие давалось ему нелегко, и я была рада этому. Не хотела, чтобы это наступило слишком скоро. Завтра. В самый подходящий момент.

– Понимаю, что такое презрение, – наконец сказал он, – но это было давно, а Зейн мне полезен. Он – надежное, известное лицо на бирже. Купцы знают его. Я бы хотел, чтобы ты похоронила прошлые обиды.

Я заметила, что он использовал слово «хотел», вместо того чтобы просто приказать мне. Терпение, Кази. Он кружит, подплывая все ближе. Выдержала паузу, словно взвешивая его просьбу.

– Если он вам полезен, конечно. Сделаю все возможное, чтобы похоронить прошлое.

– Кроме того, – добавил он, – ты больше не зависишь от превизианцев. Ты работаешь на короля, который скоро станет самым могущественным на континенте. Помни об этом.

– Да, ваше величество.

Его взгляд лениво остановился на моем лице.

– Наедине ты можешь называть меня Монтегю.

Ближе. Но я еще не готова.

– Вы хотели о чем-то поговорить? – спросила я, надеясь продолжить разговор.

– Бэнкс сообщил, что сегодня ты хорошо провела поиски. Он остался доволен тобой.

– Правда? Мне показалось, что он выглядел разочарованным, когда я говорила с ним.

– Генерал не из тех, кто щедро раздает похвалы. Но он сообщил, что ты обнаружила несколько тайников, о которых мы не знали.

– И все же я ничего не нашла.

– Но за ужином Пакстон заметил, что сегодня в замке ты на мгновение, как он это назвал, замешкалась. Ты медлила, будто что-то почувствовала. Может, у тебя есть дар?