Около разлива, где ранее он стоял с Толиком, в компании старших ребят пританцовывает кто-то подозрительно похожий на Сашку. Она пьет из пластикового стаканчика и кокетливо улыбается, не стыдясь железа в своем рту. Славка просит проблеваться как-нибудь самому, затем ныряет обратно в толпу.
«П-приоритеты. Ясно, так и запишем» – уныло думает Мурат, когда заходит внутрь.
– О, привет.
Напротив раковин стоит Кирилл и вытирает лицо бумажными полотенцами. Он смотрит через зеркало прищуренными грязно-синими глазами. Его белая футболка в темных каплях, а ноздри покрасневшие, будто недавно кровили. Давний случай на школьной крыше, когда из носа Кирилла кровь хлестала, как из высоконапорного шланга, Мурат ревностно хранит в памяти и не позволяет себе даже на секунду забыть, почему в тот день сорвался.
В их компании, разместившейся в углу на изодранном диване, только высокий белобрысый Женя Зоркий может с чистой совестью пить, не шифруясь от предков: ему единственному среди присутствующих есть восемнадцать. Он же и пронес в зал дорогущую бутылку коньяка. Денис не знает, откуда у обычного выпускника такие деньги, но знает, что пить это лучше строго по глотку.
Серж, курчавый девятиклассник с шилом в одном месте, норовит схитрить: незаметно отпивает побольше, полностью обхватывая губами окружность горлышка, а потом отдает бутылку следующему. Девчонки кривятся от отвращения, когда разоблачают его. Черноволосая Юля колотит победно смеющегося Сержа по спине, а миловидная, как ангелок, Кристина выплевывает коньяк в ближайший горшок с цветком. Бутылка тем временем кочует от Дениса к Женьке, от Женьки к восьмикласснику Павлуше – и обратно к Сержу. Мальчишек не волнует, что последний специально напустил внутрь слюней.
Языкастый не по годам Павлуша резонно отмечает, что у девчонок есть два стула. Женька хохочет и одобрительно треплет его по волосам.
– Отдаю должное, твои слюни заходят даже лучше, чем я ожидала, – произносит Юля, обращаясь к Сержу, на что остальными ободряюще улюлюкают.
Во время игры «Правда или действие» Денис понимает, что не отделается малой кровью, когда его палачом становится пронырливый Павлуша.
– Ну-с, погнали. – Он смотрит злорадно сквозь густой дым вейпа. – Тебе уже девятнадцать, на пубертат надейся, но сам не плошай. Че там по телочкам? Много было?
– Фу! – Кристина морщит свой крошечный рот. – Давай без этой грязи!
Юля поддерживает подругу:
– Честное слово, хуже девок сплетничаете. Валяй, еще про размер спроси.
– Надо будет, и спрошу! Вопрос был задан! Требую ответа!
Денис решает ни перед кем не робеть:
– Ну было пару раз. Ну, может, не пару, а больше, я учет не веду.
Предмет разговора Сержу очень по душе:
– Ой, сидит заливает. Без обид, но у тебя рожа девственника. Полюбому ночью наяриваешь, – он двигает кулаком в районе паха, – и плачешься в подушку. Скажешь, нет?
Его противная манера речи раздражает Дениса. Он скорее сдохнет, чем будет обсуждать с этими людьми свой половой опыт.
– Я дрочу, как и все, чел. А в подушку не плачусь. Не сравнивай меня с собой.
– Тут нечего стыдиться, друг. – Серж хохочет, не приняв всерьез холодный ответ. – Я тоже, бывает… всплакну пару раз. А деваться некуда! С ней, – он показывает пальцем на Юлю, – по-другому и не выходит.
Та, крепко затягиваясь вейпом, хрипло смеется. Денис думает, что поднятая щекотливая тема – это отличный повод соврать в свою пользу:
– Ну, есть одна девушка. Я видел ее здесь, в зале. Она довольно милая, но я не знаю ее имени.
– Как выглядит?
Денис прикидывает в уме: она одного роста с Муратом, а Мурат выше Дениса на пару сантиметров.
– Высокая. И еще стрижка такая… по-моему, каре. Волосы черные.
– У вас, мужиков, совсем никакого воображения, – Юля сетует, как старушка. – Здесь у многих короткие черные волосы. Вот я, например. – Она кокетливо убирает прядь за ухо. – А может, это меня ты видел?
Кристина задумчиво потягивает коньяк:
– Наверное, это кто-то из прошлого выпуска. Я видела старших девчонок здесь, а еще Смирного и Банина. Подойди к ним, узнай.
Денис кивает, мол, так и сделаю. Он чувствует что-то отдаленно похожее на ту злость, с которой несколько дней назад писал Мурату на желтой бумажке в отделе канцтоваров. Вероятно, та девушка с Котовым одного возраста, возможно одноклассница. Он больше не видит их поблизости, и от этого ему одновременно и легко, и тревожно: вдруг они не только говорят и обнимаются, что тогда?
Через несколько заходов игра заканчивается на печальной ноте. С подачи Жени Денис пьет столько алкоголя, насколько хватает дыхания. Зоркий на возмущения остальных, что, дескать, столько добра на одного человека переводим, отвечает простым «Куплю еще». У Дениса в горле пылает ад, а в зажмуренных до слез глазах танцуют планеты и звезды. После чьего-то насмешливого «слабачок» он со стоном валится на плечо Юли. Кажется, что диван плывет по полу, как по морским волнам.
