Его рука тянется к щеколде, но в этот момент открывается дверь туалета, впуская внутрь музыку из зала. Кто-то включает кран. Слышится плеск воды и тяжелое дыхание вперемешку со шмыганьем, затем, когда кран перестает шуметь, шаги раздаются у кабинки по соседству. Денису хотелось бы выйти, не оставляя даже намека на свое присутствие. Ему чудится, будто от одного его вида абсолютно все догадаются, чем он здесь занимался. За стенкой раздается рвотный кашель. Кого-то там с болезненными стонами полощет. Денис сам бы не прочь прочистить желудок, но точно не сейчас. В этом плане парню по соседству везет больше.
Шумит сливной бачок, и кабинка отворяется. Снова плещется кран. Денис, измученный ожиданием, облегченно выдыхает. Сейчас этот чувак вымоет руки, туалет опустеет, и можно смело драпать. Но, как назло, дверь вновь открывается. Появляется кто-то еще.
– О, привет, – говорит парень у крана, и Денис узнает в нем Кирилла.
– Я не буду с тобой здороваться.
Когда второй человек отвечает хриплым от алкоголя голосом, Денис с немым «бля» падает лицом в ладони. Для чего он затеял этот глупый спор с Павлушей? Зачем пришел на эту вечеринку? На кой хрен вообще на свет появился? Видно, влипать в тупые ситуации – единственное, в чем он хорош!
Через тонкую щель между дверцей и стеной можно немного разглядеть Мурата, что стоит над писсуаром, и Кирилла, чей синий взгляд остр и въедлив.
– Я тоже рад тебя видеть. – Последний улыбается мягко и воздушно, как Джоконда. Грубость Мурата его совсем не смущает.
Денис не знает, что ему делать: с одной стороны, он не должен быть здесь, и еще не поздно выйти наружу, а с другой – возможно, он многое поймет, если будет сидеть тихо, не высовываясь. Кирилл явно задумал что-то нехорошее. Он смотрит на Мурата доброжелательно, но Денис никак не может выбросить из головы всю ту лапшу про порно-картинки, которую Кирилл так щедро вешал ему на уши.
Мурат невесело хохочет:
– Еще как рад. Это ведь тешит твое самолюбие, не отрицай.
– Тем не менее ты тут. Значит, грош цена твоей гордости.
– Не обольщайся так. Я пришел сюда поссать, а не выслушивать твои извинения, так что иди на хуй.
Плохая была идея остаться здесь. У этих двоих свои неожиданные разборки, и Денис поступает как крыса, развесив уши. То, что Кирилл и Мурат знают друг друга не заочно, заставляет переосмыслить все прошлые разговоры с Пеговым. Тот всегда отзывался о Мурате с долей презрения и своего отношения не скрывал.
Однако следующие его слова противоречат созданному им образу:
– Тем не менее прости меня. За все то, что было. Кто старое помянет, тому глаз вон.
Мурат молча мочится в писсуар, опустив голову, словно его ничего вокруг не волнует, кроме собственной струи.
Кирилл спустя мгновение добавляет:
– У меня не было выбора, ты же знаешь.
– Вот только давай без этой херни? – Мурат поворачивается к нему лицом. Резким, сточенным злостью и обидой. – У тебя был выбор поверить мне.
– Да, я виноват. Пожалуйста, давай разберемся со всем.
Слышится, как с быстрым «бжик» застегивается замок джинсов. Мурат громко шлепает себя по бедрам:
– Давай! Почему нет? Как только ты удалишь ту сраную запись, так сразу!
– Удалю, – примирительный кивок. – Я же говорил, что сделаю это.
Мурат отвечает холодно:
– Когда уедешь отсюда в Москву? Я что, на идиота похож?
Сердце начинает стучать так быстро и ощутимо, что Денис опасливо хватается за грудь. Кажется, словно этот сумасшедший звук вот-вот начнет транслироваться из каждого угла и выдаст его.
Кирилл устало запускает пальцы в корни волос и шумно выдыхает.
– Ты винишь меня в том, что я не поверил тебе, а теперь что? Сам отказываешься мне поверить. Знаешь, мы так ни к чему не придем.
– А на что ты рассчитывал? Что ты извинишься, и я все с радостью забуду? Тебе напомнить, что ты, – Мурат с силой тычет пальцем в грудь Пегова, – и твой дружок сделали со мной?
– Я знаю. Господи, я знаю, что я натворил! – Кирилл цепляется мертвой хваткой за чужие плечи. Он впервые выглядит таким до больного отчаянным и по-настоящему подавленным. – Неужели ты не дашь мне шанса исправиться? Когда до тебя дойдет наконец, что я не могу сейчас ничего сделать. Мои руки связаны!
– Твою же мать! – Мурат угрожающе замахивается кулаком. Зависнув так на мгновение, он тяжко вздыхает, затем отпихивает Кирилла от себя подальше. – Расскажи я всем о тебе еще тогда, ничего бы не изменилось. Ответь, ты вообще хоть раз думал, что я твой друг?
Так вот оно что. Что-то разрушило их дружбу. Что-то серьезное, раз Кирилл сам не свой, а Мурат клокочет от гнева. Этих двоих объединяет какая-то тайна, к которой Денис, измученный неведением, пытается из раза в раз прикоснуться. Однако даже из обвинений Мурата мало что понятно.
– Конечно думал! Оно так и было! – Речь Кирилла заметно дрожит.
– Тебе было стыдно, когда в школе ты делал вид, что меня не существует? Ты хоть что-нибудь чувствовал, когда те недоумки издевались надо мной на твоих, блядь, глазах?
– Выносишь мне мозги почище всякой бабы! Ты в курсе, что я ничего не мог сделать!
Мурат издевательски усмехается:
