Он выдернул из-за пояса жезл и решительно двинулся к понуро ковылявшим к нему скрамам. К счастью, те и не думали сопротивляться — покорно брели в сторону клетей (что было в диковинку, обычно его подопечные не проявляли такой скромности, а уж в непосредственной близости Истока или наполненного Силой мага, кем бы тот ни был — тем более). Один скрам был ранен. Порез под его глазом сочился кровью, бардовые полосы текли по перекошенному лицу.
Кхард задвинул засовы и навесил замки.
Времени на раздумья и осмысление душевных переживаний скрамов у него не нашлось — вокруг кипела битва, и было похоже, что его «воинство», несмотря на численное превосходство, её вчистую проигрывало.
«Что это? — Кхард коснулся пальцами щеки, там, где еле заметный шрам под глазом терялся в седой щетине. — Снег? Вот это да. Снег… Большая редкость».
— Сиорий, сзади! — завопил кто-то.
Он завертелся на месте, соображая, откуда ожидать опасности.
Вокруг, ощетинившись мечами и копьями, сгрудились воины, беспокойно поглядывая по сторонам.
На противоположной стороне ручья между двумя склонившимися друг к дружке ивами замерцал туманный шар и, ещё не полностью утвердившись в своих очертаниях, двинулся в их сторону.
— Все назад!
Кхард попятился. Воины жались к нему и отступали.
Тьма по краям светившейся сферы сгустилась и приняла форму человека. Он раскинул руки, шар за его спиной вспыхнул ослепительным пламенем, и чудовищной силы волна, двумя плоскими дугами обогнув создавшего её, ударила Кхарда в грудь…
…Всё ещё не понимая, как выжил, Кхард прошёл через завесу щипавшего глаза дыма и подошёл к телегам с клетями. Устало опустился на большой серый камень.
Ветер гнал облака. Корявые тени деревьев проплывали на фоне ночного неба.
Сильно припадая на правую ногу, подбежал оруженосец Кралп, затараторил, давясь кашлем и собственным нетерпением:
— Хвала Великим! Вы живы, сиорий! Я думал, всё — конец. Кто это был, мастер?
— Много наших ошталось? — выдохнул Кхард, едва шевеля окровавленными губами. Только сейчас, почувствовав запах палёной шерсти, он обратил внимание на жалобно-поскуливавших под телегой тяргов.
«Да что ж это творится?»
— Восемнадцать человек обозники порубили. Злющие оказались, жабьи ожирки. Пятерых шалки загрызли, остальные у той вон скалы лежат, — он ткнул куда-то пальцем. — Их уже эти… четверо…
— Эти шетверо?
— Ага.
Кхард сдвинул брови, провёл большим пальцем правой руки по окровавленным костяшкам левой:
— Вырашайся яшнее.
— Ударом их о скалы приложило: троих наповал — всмятку, двое ещё живы, но еле дышат… отойдут, думаю, если ещё не… У одного кости через грудину наружу торчат, другой синий весь, и обе ноги сломаны.
— Кто ещё оштался? — Кхард сморщился, силясь сообразить, сколько у него теперь людей. Провёл языком по осиротевшим дёснам, заодно определяя, сколько у него теперь зубов. «Как ни крути, а зубов, похоже, больше».
— А никого и не осталось. Вы, я и вон ещё собачник, что при тяргах был. — Я-то сам не понял как выжил, — отвечая на немой вопрос, заверещал Кралп. — В кусты закинуло, да протащило по ним десятка два шагов. До сих пор вон колючки из жопы выщипываю. А этот, я не знаю, как сдюжил, видно, за телегами укрылся.
— Эй, поди-ка сюда, хороняка, расскажи сиорию, чего видел.
Кхард устало смотрел на обширно жестикулировавшего мужичка и не понимал, что с ними произошло, а ведь не так и сложно было напрячь память и вспомнить события, предшествовавшие его нынешнему положению… Провёл ладонями по поясу, лёгкие ножны сообщили, что он лишился и меча и кинжала…
Пальцы скользнули под плащ, туда, где, если не находился в руках, на специальной нагрудной перевязи должен был быть Клык Тарк-Харласа.
Кхард стиснул виски пальцами. Зажмурился. Напрягся, пытаясь вспомнить: «Где Клык?!!»
И вспомнил…
…Из тьмы, мгновением после световой вспышки заполнившей пространство лагеря, выступили четыре фигуры.
Кхард стоял на коленях и держался рукой за обод тележного колеса. Над головой сверкали яркие звёзды. С бешеной скоростью, на фоне полного Оллата, проносились перьевые облака. Довольно щурился, такой далёкий в осени Сарос.
Незнакомцы приблизились: их было четверо — зловещие, укутанные в чёрные плащи и в не менее чёрные тени вокруг них.
— Кто вы? — спросил Кхард, пытаясь стряхнуть оцепенение.
Они остановились разом. Застыли.
Вторая слева фигура подняла голову, повела подбородком вверх и в сторону, словно принюхиваясь.
Кхарду вдруг показалось, что это девушка, и он не ошибся.
— Тэл'Арак, свет.
Ледяной, нечеловеческий голос заставил сердце Мастера над Скрамами опуститься на самое дно желудка.
В наложенных одна на другую ладонях стоявшего слева вспыхнуло белое с зелёным пламя. Оно осветило незнакомцев и дало возможность хорошенько рассмотреть их.
