К вечеру мы преодолеваем примерно то же расстояние, что и в прошлую вылазку. На этот раз я то и дело смотрю наверх, в небо, но не вижу ни одной птицы. И пока точно не понимаю, радоваться ли отсутствию едва заметной угрозы или настораживаться. В Зоне всегда стоит быть начеку.
До Перекрестка в Топях был еще целый день пути, но завтра мы должны были пойти по другому маршруту, и там уже не будет знакомой местности.
На привал мы расположились, когда уже достаточно отошли от места битвы с грызунами. В прошлый раз они не осмеливались напасть на нашу группу, хотя нас и было в полтора раза меньше. Что изменилось? Пока не уверен.
С крыс мы забрали только хвосты. Их можно было быстро отрезать, а задерживаться не хотелось. Остальное оставили Зоне, она имеет свои способы избавляться от трупов.
Несмотря на спешку, идти по Топям ночью — затея сумасшедшая. Потому мы развернули небольшой лагерь на относительно сухой части земли, прямо под одним из скрюченных деревьев. Весь день не прекращался дождь и мы все успели знатно намокнуть.
На меня же, одетого в новенькую броню, подарок Ратибора, смотрели с завистью. Да, эта броня, кроме зачарование на уменьшение переносимого веса, возможности поглощать и хранить ману, а также еще парочки важных для мага вещей, еще была заколдована на устойчивость к непогоде.
Несколько бытовых и несколько боевых зачарований были идеальной комбинацией для походов в Зону и не только. Я за сегодня уже пару раз мысленно поблагодарил Володиных.
Я, как и всегда, взял себе дежурство под утро, в самый неприятный промежуток времени. Каково же было мое удивление, когда я проснулся прямо посреди ночи. Глаза открылись сами собой и я уставился в ткань палатки над головой.
— Хаос… — едва слышно прошептал я, пытаясь сообразить, почему меня подняло прямо посреди ночи.
Я чувствовал энергетику своих бойцов, ману магов, и ни единой души вокруг. Я прикрыл глаза, но сон не шел. Никак.
Чтобы зря не терять время, я поднялся, подпоясался, не забыв саблю, и вышел наружу.
Дождь все еще капал, но надевать броню я не стал. Все-таки спать в ней было неудобно, а до моего дежурства было еще несколько часов.
Я заприметил дежурившего на окраине лагеря Аскольда и подошел к нему. На дежурстве было несколько человек, но Аскольд, похоже, решил присмотреть за своей частью Топей в одиночку.
— Как дежурство? — произнес я, останавливаясь рядом с корягой, на которой сидел Аскольд.
Тот не обратил на меня никакого внимания. Просто неотрывно смотрел куда-то вглубь скрюченных деревьев.
Я тут же положил ладонь на рукоять сабли и аккуратно толкнул Аскольда в плечо другой рукой. Тот лишь завалился набок, прямо в сырую землю, как мешок с картошкой.
Я заметил, что его выражение лица было словно каменная маска, кожа бледная, глаза широко распахнуты, а губы посиневшие.
Знакомые симптомы. Не дай Хаос, я прав.
— Твою ж… — прошептал я, обнажая саблю.
Я поднял клинок перед собой так, чтобы в отражение лезвия можно было увидеть то место, куда смотрел Аскольд.
Ничего. Просто темнота. Я повернул клинок под углом вверх, а затем вниз. И замер.
Прямо из ночной темноты на меня смотрело два горящих зеленым глаза.
Я успел сделать две вещи.
Во-первых, накинул на себя Доспех хаоса. Хорошо, что он был закреплён в ауре, и это позволяло использовать его в самые неожиданные и важные моменты — особенно в опасные для жизни. Сейчас именно такой момент и настал.
Во-вторых, я подал свою ману в сигнальные заклинания, расставленные вокруг лагеря, по самому его периметру. Они вспыхнули, окрасив ночь вспышкой света. В этот же момент подсвеченная тварь, которая больше не могла прятаться в тени, прыгнула, яростно закудахтав.
Я разворачиваюсь, взмахивая саблей наотмашь, но понимаю, что не успеваю. Удар жесткой чешуйчатой лапы приходится прямо в левый бок. Несмотря на магический доспех, кости хрустят, а меня отбрасывает назад.
Я волоком качусь по земле и замечаю, что из палаток выскакивают ещё не пришедшие в себя бойцы. Они с удивлением смотрят на тварь, бушующую посреди ночного лагеря.
Метр в холке. Темная чешуя болотного цвета. Передние лапы с острыми как бритва когтями. Крепкие задние лапы с мускулами, словно натянутые канаты. И открытая в диком, истошном крике пасть, больше похожая на клюв. За спиной монстра дергались крылья, покрытые тонкими, жесткими перьями, похожими на тонкие кинжалы.
Крик твари разрезал ночную тишину и оглушил невидимой волной энергии. Один из светящихся магическим зелёным цветом глаз рассечен, и на короткую траву капают тёмные капли свежей крови.
Я довольно скалюсь. Всё-таки мой выпад достиг своей цели. Теперь можно было не переживать об одной из сил монстра. С одним-то глазом будет сложно заколдовать воина трёх звёзд или волшебника третьего ранга.
А Аскольду просто не повезло. Он оказался один на один с тварью, посреди ночи.
— В бой! — выкрикиваю я, стараясь привести своих бойцов в чувства.
Крик затихает, и тварь перестаёт разбрасывать ядовитую слюну из коричневого мешка под подбородком. В ткани палаток зияют отверстия, оставленные ядовитой жидкостью.
