Праздник в особняке начался ещё раньше самой церемонии, и к этому моменту многие уже были навеселе. Звучали тосты за Аскольда и Сольвейг, и за род Клинковых. Посыпались подарки. Заиграла музыка, слуги принесли ещё вина, гости ударились в пляс. Я же стоял в стороне, наблюдая за своими людьми, слушая смех и весёлые голоса.
А также смотрел на счастливых Аскольда и Сольвейг.
У них ещё будет время друг на друга. У меня же времени катастрофически не хватало. Этот праздник для меня был ещё одной отправной точкой, короткой паузой перед рывком к рангу Магистра.
Вечер пролетел незаметно, как обычно и случается со счастливыми моментами. Они всегда коротки и мимолётны.
На следующее утро солнечные лучи лениво растекались по стенам нового владения Клинковых. Да, бывший особняк Троицких больше не напоминал вражескую крепость — теперь это была настоящая живая рабочая база. Правда, многим ключевым фигурам ещё предстояло прийти в себя после торжества. Но здесь уже пахло магией и дымом из алхимической лаборатории.
Внизу сновали слуги, бегали алхимики, и время от времени проходили бойцы. На стенах вокруг особняка символы солнца сменились на родовые гербы Клинковых.
Следующие дни и недели новое владение, а также мои соратники работали не покладая рук.
Я закончил работу с плитой-артефактом, обнаруженной мной во время осмотра поместья. Теперь она была перенастроена, стала активным ядром оборонительной системы, в которую я вложил немало сил хаоса и, конечно же, денег. Впрочем, результат стоил того.
Снаружи всё выглядело как прежде — крепкие стены, кованые ворота, бойницы. Но теперь за ними шевелилась магическая сеть. Система, которая вызывала мгновенный отклик при проникновении или нападении: магические барьеры, ловушки и даже небольшие контролируемые хаотические аномалии.
Сейчас я шёл по восточному крылу, где обосновался Тихон Демидов. Его кабинет занимал просторную комнату с панорамными окнами. На стенах висели подробные карты Южноуральского княжества и соседних земель. Часть карты была покрыта пометками, где в основном были отмечены торговые маршруты, расположение городов, стратегические точки, а также граница с Зоной.
— Хорошо устроился, — похвалил его я, когда зашёл в кабинет.
Тихон сидел за массивным столом из тёмного дерева. Он поднял взгляд от бумаг и хмыкнул:
— Ты же знаешь, Максим, всё с твоей помощью.
Он чувствовал себя здесь как дома, но никогда не забывал, что он в гостях.
Его личная охрана, включая магов-мастеров и бойцов шестого и седьмого звёзд, тренировалась во дворе бок о бок с моими людьми. Сначала к ним, конечно, относились с опаской, потом, увидев их навыки, с уважением.
Эти тренировки особенно пошли на пользу Серёге с Ирой, которые безвылазно тренировались и медитировали в специальных залах. Молодым Володиным очень хотелось стать сильнее. Уверен, что и людям Демидова было полезно обменяться опытом с моими бойцами и магами.
Я опустил взгляд на стол. Среди артефактов и бумаг выделялась небольшая серебряная сфера, постоянно пульсирующая слабым светом.
— Это для связи, — проследил за моим взглядом Тихон. — Не шкатулка, конечно, но тоже ничего.
Я лишь кивнул и вышел, оставив Магистра за его бумагами.
Во внутреннем дворе клубился чёрный дым. Весна практически не вылезала из лаборатории. Зачарованная печь ревела почти без остановки, а дым из труб то багровел, то отливал ядовито-зелёным. Зависело от того, что варили внутри. Иногда запахи были вполне приятные — травяные или древесные. Иногда же пахло серой или ещё какой-нибудь дрянью.
— Почти всё оборудование удалось восстановить, — доложила мне Весна, когда мы пересеклись у входа в лабораторию.
— Хорошо, — ответил я. — Остальное уже заказали. Если понадобится что-то ещё — дай знать.
Род заказал часть оборудования у Нестеровых. Благо, контакты были как с Гавриилом, так и с Никитой Николаевичем. Они оба после успешной вылазки в шахты с большой охотой вели с нами дела, даже несмотря на то, что я знал — в закромах у алхимиков сейчас велась активная работа по обработке чудо-корня.
У ворот я заметил Ивана, который внимательно беседовал с парой местных купцов. Он часто занимался закупками и координацией поставок. Ещё в Выкречи я заметил за ним деловую и хозяйственную хватку, и здесь, в Чернореченске, она только усилилась.
На тренировочных площадках Аскольд, как обычно, командовал тренировками бойцов. Его громкий голос и жёсткие команды разносились по всей территории. Сольвейг время от времени корректировала детали.
Можно было сказать, что почти ничего в них не изменилось. Но переплетение тонких черных линий на правой ладони и запястье у обоих говорило об обратном. Хаос, как и закон Южноуральска, принял их союз. Теперь тренировки бойцов можно было назвать семейным подрядом.
