– Буду рада обсуждать с тобой уроки стратегии каждый вечер в ближайшее время. Да, и подумай, куда бы в сегодняшней беседе ты мог приспособить волкодавов.
Дан поклонился и едва ли не трусцой помчался работать. Одхану и Раду Бансабира также без труда сыскала кучу дел.
Через день вернулись плотники из обоза, а заодно с ними – посыльный от Серта. Он застал Бану в компании Юдейра и Гистаспа, прибывшего с докладом о выполнении поручения.
– Командующий спрашивает – как быть, если мы изловим лазутчиков или шпионов?
Бансабира перевела глаза на Гистаспа, явно вынуждая ответить за нее. Ох, уж эта ее страсть в последнее время перепоручать ответственность! И ведь ответить надо так, как она хочет… Да уж, Гобрий не без причин вечно причитает – мол, невозможно понять, что придет на ум женщине.
– Явится группа или малочисленный отряд – бейте. Но разведчиков не трогать – пусть уходят.
Гонец не сумел удержаться, воскликнув:
– Как же можно отпускать вражеского лазутчика?! – Не найдя в глазах командующего ответа или понимания, посыльный перевел глаза на женщину. – Тану?! – и тут же зажал ладошкой рот.
– Отпускать и не трогать, – бесцветно скомандовала Бансабира. Гистасп улыбнулся, и мягкие линии вокруг его добрых глаз стали чуточку резче. – Если все, можешь идти. Я пришлю к вам еще немного рабочих, и с ними – с три десятка волкодавов. Передай Серту, пусть воспользуется ими с умом – эти звери хороши всегда, когда надо не дать лазутчику углубиться.
Еще через два дня Серт сообщил, что указание исполнено в точности, – никто не нападал, но нескольким разведчикам дали уйти. Напуганные волкодавами, они распознали только несколько засад и прознали, что Бану Злосчастная собирает провиант, а значит, стоит лагерем сразу за парой рощ. Судя по тому, сколько и как работают ее люди, – их количество существенно уменьшилось. Ничего больше.
– Группа лазутчиков сообщила, что их куда меньше, – нахмурилась Сцира в своем шатре.
Была ночь, горело несколько свечей. Женщина сидела в не по погоде тонком одеянии – халате, легко закрепленном на талии шелковым поясом. Полы его не доходили даже до середины голени и сейчас свешивались по разные стороны закинутых на стол ног. Холодно ей не было – во-первых, до севера отсюда далеко, а во-вторых – тело все еще горело от недавних ласк мужчины, жадно взирающего на нее с ложа. Судя по всему, возвращаться в постель она не торопилась, и Рамир был вынужден стереть с лица сладострастную улыбочку.
– Кому ты больше веришь, мне или им? – спросил мужчина, перевернувшись на спину и вперив пустой взгляд в своды шатра.
– Мне обязательно отвечать? – отозвалась женщина, откинувшись на стуле.
– Если я скажу «да», ты ответишь? – Рамир подобрался, впадая в азарт.
Сцира раздраженно выдохнула:
– Ты спишь в моей постели! Какие тебе еще нужны ответы?
– Ну почем мне знать, что это для тебя важно? – Рамир расплылся в вальяжной ухмылке. – Женщины коварны.
– А мужчины ленивы! – выпалила Алая. – Если что-то знаешь, говори!
– А иначе? – по-кошачьи спросил Рамир, поднимаясь с ложа. – Что будет, если не скажу? – Недвусмысленно, вразвалку почти, приблизился к любовнице.
Сцира замерла – на плечи легли теплые, шершавые руки дорогого мужчины. Тело, не успевшее еще забыть недавнюю любовную игру, мгновенно отозвалось. Рамир нежно повел линию вдоль шеи и обратно, едва касаясь. Мягко обхватил пальцами плечи.
– Не боишься простудиться, командир Сцира? – Облачко теплого воздуха обдало шею и мочку уха. Алая, выгнувшись в спине, судорожно втянула воздух. Ох, будь ты проклят!
– Рамир! – гневно воскликнула Сцира, ударяя ладонью по столу и вырываясь из цепких объятий страсти. – Сейчас не время паясничать!
– Но ты не ответила, командир, – мягко упрекнул мужчина, убрав руки.
– Ты можешь хоть раз серьезно подойти к делу?! Выкладывай, что знаешь, а не то я напишу отцу, и тебя вздернут!
– О, но кто же тогда будет согревать кроватку для моей красавицы?
– Тебя беспокоит только это? – в крайней степени раздражения спросила Сцира. Этот прохвост опять оттягивал разговор о делах, зная, как быстро и легко ее тело реагирует на его близость.
