– Сейчас я вас оставлю – дам вам немного времени, чтобы попрощаться. Еще раз подчеркиваю, что и для девочки, и для вас будет легче, если все пройдет быстро, но торопить не стану. Такако, как только твой отец уйдет, пожалуйста, останься в этой комнате. Я скоро вернусь, мы вместе осмотрим дом, а потом найдем для тебя кровать, чтобы ты могла немного отдохнуть.
Женщина ушла, на отполированном деревянном полу ее босые ноги не издавали ни звука. Отец Такако подошел к дочери – своему первому ребенку, заключил ее в объятия так, что у той в легких не осталось воздуха. Он обнимал ее долго, и вскоре Такако поняла, что отец плачет и его слезы стекают по ее волосам.
– Пожалуйста, прости меня. Я знаю, сейчас ты не понимаешь, что происходит, но когда поймешь, пожалуйста, прости меня. Я клянусь тебе, что если бы был другой путь, я бы выбрал его.
Он повернулся и пошел к двери. Такако подумала, что никогда еще не видела отца таким подавленным. Разве ее первая работа не должна быть радостным событием? Наконец Такако пришла в себя и бросилась к отцу, чтобы снова обнять его перед уходом. Она не понимала, что происходит, но знала, что не увидит отца еще очень долго.
Через несколько мгновений после его ухода в комнату вернулась женщина. Такако показалось, что, даже закрыв глаза, она могла почувствовать ее присутствие. Трудно было сказать, что за человек она была. Она продолжала улыбаться и внешне воплощала идеальный образ заботливой женщины. Но Такако не могла отделаться от ощущения, что что-то с ней не так. Словно демон натянул маску и пытается убедить мир в своей доброте.
К сожалению, доказательств того, что ощущения ей не лгут, у Такако не было. Женщина была вежлива, и даже после ухода отца ее отношение к Такако не изменилось. Она была доброй и мягкой и не оставляла возможности заподозрить что-то неладное.
Женщина прервала поток ее мыслей:
– Ты можешь называть меня «мадам». Все девушки так делают, и этого достаточно. Я управляю этим местом. И поэтому есть еще одно дело, с которым мне нужно закончить, прежде чем отпустить тебя отдыхать. Мне нужно, чтобы ты сняла с себя всю одежду и легла.
Такако уставилась перед собой.
– Что вы имеете в виду?
– Мне нужно, чтобы ты разделась, чтобы я могла осмотреть тебя. Мне нужно убедиться, что ты здорова и находишься в том состоянии, которое мне обещали. В противном случае твой отец не выйдет из этого здания.
Такако ничего не поняла. В ее сердце затеплилась надежда. Возможно, она ошиблась и отец придет и заберет ее обратно. Она не могла опозорить честь своей семьи, поэтому вслух свои мысли не высказала.
– Отец говорит, что я никогда не болею, и гордится этим. Он говорит, это необычно, что девушка никогда не болеет.
– Я уверена, твой отец очень умный человек, но мне нужно увидеть все своими глазами, чтобы потом с тобой все было в порядке.
Такако сделала пару вдохов и все обдумала. Почему-то ей вспомнился мужчина у двери. У нее возникла мимолетная мысль, что это не столько дом, сколько тюрьма. И здесь, что бы ни сказала эта женщина, ее слово – закон. Такако начала раздеваться. Мадам наблюдала за ней не мигая, отчего девочке стало не по себе.
Когда она закончила, мадам начала осмотр – и двигалась с отработанной за многие циклы легкостью. Она оглядела Такако с ног до головы, много внимания уделив промежности. Девочка чувствовала, что ее оценивают, хотя мадам не показывала ни малейшего намека на то, что у нее на уме. Наконец она медленно отступила назад.
– Сколько тебе?
– Я видела десять циклов, но скоро мне исполнится одиннадцать.
– А ты знаешь, что твой отец говорил, что ты старше?
– Нет. Он знает, что мне десять. Мне часто говорят, что я выгляжу старше, потому что я такая высокая.
– Ты хоть знаешь, почему ты здесь?
Такако опустила голову.
– Нет.
Женщина отошла от девочки и принялась ходить по комнате, то и дело поглядывая на нее. Даже Такако догадалась, что та пытается понять, что с ней делать. Ее отец солгал и тем самым нарушил планы этой женщины.
– Не то, чего я ожидала, но все может сложиться удачно. Ты слишком хороша, чтобы использовать тебя в таком возрасте. Десять – это слишком рано. Не то чтобы не было мужчин, которые бы очень хорошо платили за твою работу, но это слишком быстро тебя измотает. Тебе нужно чуть подрасти, если я хочу получить от тебя максимум выгоды.
Когда мадам сказала «работа», у Такако сложилось впечатление, что она имела в виду что-то совсем другое. Наконец мадам решилась.
– Думаю, ты станешь очень полезной. Начнешь с должности помощницы по дому. Будешь готовить, убирать и помогать другим женщинам в их нуждах. Когда тебе исполнится пятнадцать, я продам твою девственность. Благодаря твоему присутствию в доме я смогу выручить неплохую сумму. Что ты думаешь об этом?
– Я здесь, чтобы работать на вас. Мне нужно вернуть доброе имя моей семье.
Мадам рассмеялась.
– Ну, не думаю, что это случится, но я позабочусь о тебе. Каждая девушка важна для меня, потому что вы все будете работать на меня очень долго.
